Лучше уж я уйду в свою новую жизнь с одним чемоданом, отсуженной у Чернова суммой денег, которая после оплаты услуг адвоката уменьшилась втрое, и скромными накоплениями, что принадлежали лично мне. Средствами, заработанными на хобби, которое Мирон всегда высмеивал, считая создание иллюстраций к детским книжкам моей блажью и пустой тратой времени.
Мне же нравилось это занятие, ну а то, что приносило оно, по словам супруга, сущие копейки, ни капли не смущало. И теперь именно этим деньгам предстояло стать моим спасением на первое время. Позволить снять приличное жильё в другом городе, в который я намеревалась вылететь сегодня же, и нормально питаться, пока не найду работу.
Звонок в дверь, прервавший мои размышления о планах на будущее, и заставший за застёгиванием молнии на чемодане, дал понять, что время вышло. Приехал Станислав, который, после наших посиделок в кафе, где мы произвели окончательный расчет, вызвался отвезти меня в аэропорт. Счёл разумным моё желание незамедлительно покинуть город-миллионник, где у бывшего мужа имелась в руках определенная власть. А значит существовала вероятность, что он, как и заявлял, попытается осложнить мне жизнь.
Внутренне поёжилась, представив нашу возможную встречу в будущем, и поспешила поставить свой багаж на колёсики. Выдвинула ручку, а затем не оглядываясь покинула нашу с Мироном некогда общую спальню. Прошла через всю квартиру к выходу, открыла дверь и…внутри снова похолодело, стоило увидеть хмурое, с крепко стиснутыми челюстями, лицо моего адвоката.
— Станислав, что-то случилось? – выпалила я вместо приветствия, и до того, как тот сам успел открыть рот.
— Да, Татьяна, — коротко и сухо кивнул в ответ мужчина, а затем забрал у меня чемодан и не говоря более ни слова направился к лифту.
В абсолютном молчании мы спустились вниз, где я оставила ключи от квартиры знакомому консьержу, сели в темно-синий «Volvo», и только тогда юрист заговорил, глядя в сторону и не смея встречаться со мной глазами.
— Наша поездка в аэропорт отменяется, госпожа Велесова. Ваш бывший муж позаботился о том, чтобы вы не смогли покинуть ни этого города, ни страны. Наверное, если бы мы выехали сразу, как покинули здание суда, вы бы ещё смогли улететь, а теперь уже поздно. Вам, боюсь, придётся остаться тут.
— Остаться тут? – с трудом выталкивая из себя слова и чувствуя, как от охватившего душу ужаса перехватывает горло, прохрипела я. – Но почему? Откуда у вас эта информация, Станислав?
— От адвоката Чернова, с которым я успел пообщаться, пока вы собирались. Он показал мне ряд документов, касающихся вас, Татьяна, и сообщил, что те немедля будут пущены в ход, если вы попытаетесь сбежать из города.