— Я пока не уверена, что с тобой сделаю.
На этой неопределённой ноте она взмахом руки разрезала ткань реальности и шагнула в открывшийся портал.
В этот момент напряжение, что удерживало меня, рассеялось и я, не веря, что авантюра удалась, вывалился из тени.
Сил не осталось. Совсем. Каждая клетка тела ныла, а разум отчаянно желал отдыха, но воля не позволяла провалится в небытие. Нужно было решить вопрос с козлоногим, неизвестно, на сколько хватит энергии Алёне, чтобы удерживать его спящим.
Сделав несколько осторожных вдохов, ощутил, как грудная клетка зажглась огнем боли.
Видимо тот последний удар, сломавший в груди если не все кости, то большинство, аспект жизни не успел залечить, и моё состояние теперь удерживала лишь броня. Ну и моя воля, конечно же.
Я попытался прогнать немного силы по телу, но получил колоссальную отдачу, и если бы мог пошевелиться, то обязательно бы сжался в позу эмбриона, настолько было больно.
Ни один из аспектов не отзывался, а глаза стали слипаться сами по себе.
Я не должен спать… Только не сейчас!
Волховец поднял зятя. Парень почти не дышал, и, судя по всему, у него внутри было переломана не одна кость, не говоря уже о других, в том числе магических, повреждениях.
Он быстро создал несколько лечебных рун и дыхание Алексея выровнялось, но он не пришёл в себя. Что ж, значит здесь нужна Зевана.
С уходом Мары, тьма начала рассеиваться.
— Отец, — из открывшегося рядом портала выскочила дочь.
— Жив твой суженный, — он аккуратно положил совсем легкое тело зятя на землю. — Говорит всё сам, а потом, шагнул в тень! Представляешь, он реально оказался теневиком! А волки отряда в один голос били себя в грудь, что это всё уловкой было.
Зевана на мгновение оторвала взгляд от мужа, после чего вернулась к исцелению.
— В тот раз это и вправду была уловка.
— Хочешь сказать… — нахмурился Волховец, — он только что обрел такой сложный и редкий аспект, и сразу же смог войти в тень⁈ Да ещё и Мару отпугнуть?
— Всё же тётя… — не поднимая глаз, после небольшой паузы, произнесла Зевана.
— Алексей был прав, — помрачнел Волховец.
— В этот раз я не рада его правоте, — проговорила Зевана, водя светящимися изумрудной энергией руками.
С каждым её движением кожа парня становилась всё более здорового розового оттенка, а не бледно-пепельной, как была до лечения.
В это время к ним подошли выжившие бойцы.
Илья Муромец, один из немногих людей, участвовавших в войне с богами, сел рядом с парнем на колени и, погрузив ладонь в траву, вытащил оттуда пригоршню черной, самой обыкновенной земли. После чего он положил ее Алексею на грудь.