— Вопросы? — угрожающе набычившись, проревел он, и когда вопросов не последовало, скомандовал погрузку, первым запрыгивая на броню подъехавшей, дымящей черным мотолыги.
Я еще тогда напрягся, почувствовал что-то неладное, подумал, что не так всё как-то, но отбросил сомнения, подсознательно не веря в реальность и опасность происходящего. Казалось, это большие учения.
— Особое приглашение нужно? — заорал на меня подоспевший прапорщик, грубо подтолкнув к облепленной «пехотой» мотолыге.
Кое-как вскарабкавшись на скользкую броню, я умостился на корме, вцепившись в холодные поручни, и спустя пару минут наш транспорт уже «летел» по уходящей вдаль разбитой дороге, подпрыгивая на колдобинах. Ехали быстро, сильно трясло, и удерживаться на броне удавалось каким-то чудом, мне даже показалось, что кто-то из моих товарищей по несчастью свалился с размаху на обочину, но всё произошло так стремительно, что на это происшествие просто не обратили внимания. Упал и упал, хрен бы с ним.
Доехав до какой-то заброшенной, разграбленной фермы, машина резко тормознула, и, разгрузив десант, то есть нашу группу, сразу же рванула обратно, оставив нас в звенящей, настороженной тишине.
— Пленных не брать! — голосом раненого бизона заорал товарищ без погон. Но, разбежавшись по сторонам, мы никого не нашли, ни живых, ни мёртвых, только ветер гулял между покосившимися сараями. Поэтому, как и сказал командир, в плен никого не взяли. Оно и войны в тот день не случилось, потусовавшись на ферме пару часов, к вечеру нас тем же манером вернули в город.
Это теперь, пройдя за десять лет через все огни и воды, я могу посмеяться с того случая, а тогда мне было ой как не смешно, вот вообще ни разу. Тогда пришло первое, горькое понимание всего абсурда и беспощадности этой мясорубки.
— «Пионер», к тебе гости! Повторяю, к тебе гости! — затрещало в рации с помехами знакомым голосом «Беса».
«Пионер», это мой позывной. Как в детстве прилипло, так и хожу. Ну а что, мне нравится, тем более я действительно когда-то был пионером, носил красный галстук и верил в светлые идеалы.
Собираясь ответить, вдавил клавишу передачи, но индикатор на рации лишь мигнул на прощание тусклым красным глазком и погас. Радиостанция замолчала. Аккумуляторы из этой партии почти все были битые, я хоть и выбрал тот, что получше, но не прожив и суток, он так же благополучно умер, предав в самый нужный момент.
А вообще, конечно, новость хорошая, несмотря на свою дурноту. Хорошая в том плане, что если гости идут ко мне, значит, путь для группы, которую уводит Бес, свободен. Дурная же она лично для меня, ибо уходить нельзя, группу подведу, но и воевать мне тоже особо не чем.