Меня стали терзать недобрые предчувствия.
Пока «Танк» кружил по Старому Городу, углубляясь в примыкающие к Гадюшнику кварталы, предчувствия только усиливались. Справа и слева начали мелькать лавки с кормом для кошек, собак, рыб и прочей экзотической живности. Вскоре добавились бутики с собачьей одеждой и аксессуарами, салоны стрижки и окраски шерсти. Слова «груминг» в этой реальности ещё не придумали, но услуга существовала.
Тротуары были заполнены прогуливающимися дамами с мохнатыми собачками. Питомцев держали под мышкой, вели на поводках и выгуливали просто так. Время от времени кто-то поднимался по ступенькам к очередному магазину или салону. Прямо на моих глазах очередная псинка наложила здоровенную кучу на тротуаре, и хозяйка начала бережно собирать это в пакетик с помощью лопатки… Бррр.
— Нам туда, — Федя указал направо.
Ольга подъехала к забитой до отказа парковке напротив двухэтажного здания. Вывеска была стилизована таким образом, что вместо одной буквы «О» красовался земной шарик, а вместо второй — кошачья мордочка.
— И что мы там забыли? — я скептически посмотрел на вывеску. — Модный ошейник? Новую когтеточку?
— Кефирчик в депрессии, — трагическим голосом объявил Федя. — Ему нужен кошачий психолог.
— Стоп, — я развернулся, отстегнул ремень безопасности, протянул руку и потрогал лоб оружейника. — Ты сейчас что такое сказал?
— У моего кота затруднён личностный рост, — нахмурился Федя. — Это проблема, её нужно обсудить.
— Подожди, — я осторожно подбирал слова, чтобы не оскорбить светлые детские чувства, — ты хоть понимаешь, что психологи обсуждают с пациентами их состояние… воспоминания там разные… травмы детства…
— И что? — вскинулся толстяк.
— Обсуждают — это ключевое слово, — пояснил я. — А как можно узнать, на что жалуется кот, если он не говорит?
— Ты. Ничего. Не понимаешь.
— Допустим, — я с трудом сдерживал смех. — Но если к психологу приводят бессловесное животное, оставляют их наедине и забирают через…
— Сорок минут, — подсказал Федя.
— Хорошо, сорок минут. И знаешь, как это называется?
— Помощь, — уверенно заявил толстяк.
— Нет, — я покачал головой. — Деньги из воздуха.
— Ты просто зверушек не любишь, — упрямо заявил мальчик.
— Я к ним отношусь нейтрально. Вопрос в том, не проще ли тебе поиграть со своим питомцем, дать ему что-нибудь вкусненькое или погладить, сидя в кресле?
— Ничего не мешает, — согласился Федя. — Ждите меня через сорок минут.
Дверца хлопнула, и я упёрся тяжёлым взглядом в спину ребёнка.
— А ещё он верит в Зубного Хватайку, — прокомментировала наш диалог Джан.