Тем временем отряд героев войны достиг дворцовых ворот. Сам король в сопровождении важных чиновников и вельмож вышел встречать новоприбывших. Снова лились изысканные пафосные речи, а лицо монарха сияло гордостью.
Ричард не присоединился к встречающим и наблюдал некоторое время со стороны, а затем направился к тронному залу, зная, что там будет продолжение представления.
Он нашёл себе место в тени высокой резной колонны, откуда был виден весь зал. Придворные уже собрались, их шёпот наполнял воздух предвкушением. Король взошёл на трон, и его голос, усиленный радостью и гордыней, разнёсся по залу.
— Теперь у нас есть сила! — провозгласил он, обводя взглядом вернувшихся героев, выстроившихся в центре зала. — Сила, способная не только сдерживать, но и изничтожать армии демонов, вторгшихся в наш мир!
По жесту короля четверо из отряда вышли вперёд. Ричард внимательно рассматривал их. Первым был высокий суровый мужчина со шрамом через бровь, от него веяло надёжностью и преданностью, но лишь на первый взгляд.
Принц прекрасно понимал, что даже самые верные псы короля вроде Ранкова или Артура имеют уязвимые места и подавленные обиды в сторону хозяина. Другое дело, что связываться с такими и вербовать их — дело рискованное.
Рядом с мужчиной со шрамом стояла женщина с умными глазами. Она выглядела как обладательница прокачанной ловкости и всеми сопутствующими с ней навыками: лёгкая просторная одежда, из оружия лишь пара кинжалов, а оголённые до плеч руки жилистые и натренированные.
Третий был молчаливым и низкорослым, хотя всё равно выше Ричарда, закованный в тёмные доспехи воин — лицо скрыто под забралом. Только король и окружение воина знали: мужчина там скрывается или женщина.
Принц был заинтригован: «К чему скрывать своё лицо под забралом в помещении, да ещё и перед королём?»
Опущенное забрало вне боя — грубое нарушение этикета, символ враждебности и недоверия. Удивительно, но отец дозволял этому воину слишком многое.
И, наконец, четвёртый герой — юноша, выглядевший не старше шестнадцати лет. Держался он с необычайным высокомерием. Подбородок вздёрнут, взгляд скользит по придворным с плохо скрываемым презрением, словно они — лишь пыль под его ногами. Смотреть он так не смел разве что на советников и самого короля, потому что прекрасно понимал своё место, какой бы он там силой ни обладал.
— Покажите свет, что сокрушит наших врагов! — неожиданно прокричал король, чего раньше на подобных «представлениях» ещё не было. Отец явно был воодушевлён своими новыми игрушками.
Почти одновременно четверо героев подняли по одной руке. В воздухе замерцал свет, исходящий будто из их же тел. В руках каждого появилось оружие, словно сотканное из чистого света.