– Прекрасно.
Федя уже сияет.
– Теть Моть, ну, пожалуйста. Он же маленький. Подрастет – и отпустим. Это не навсегда. Честно-честно.
Я перевожу взгляд на бельчонка. Тот лежит на пеленке, тонкий, мокрый, нелепый. И живой.
Потом – на Федю.
Потом – на Гордея, который стоит с видом человека, заранее знающего итог.
И это бесит отдельно.
– Ладно, – произношу, наконец. – Только временно.
– Временно, – тут же подхватывает Федя.
– И маме не слова.
– Ура!
Девушка находит нам небольшую коробку, укладывает туда пеленку и все, что нужно, чтобы содержать такое животное, кроме клетки.
– Ну все. Поздравляю. У вас, МатренСтепанна, теперь есть белка.
– Нет, это у нас теперь белка. Вы тоже за нее отвечаете.
– Тетя Мотя, ты мама ее будешь, а тренер – папа.
Мы переглядываемся с Гордеем.
– Не волнуйтесь, раз уж я теперь отец, скажите только, куда платить алименты на ребенка? – достает карточку и рассчитывается.
– Как назовем белку? – выходим из клиники с пакетом всего для бельчонка.
– Стрелка, – огрызаюсь в ответ.
Вот на что эти двое меня подбивают? Я завела белку.
– Стрелка, – тут же подхватывает Федька. – У нас теперь белка Стрелка.
Телефон в сумочке разрывается. Достаю. Алена.
– Мама звонит.
– Не говори про белку.
– Гордей, идите в машину, я отвечу.
Пробегают под дождем к машине, я стою под козырьком.
– Да, Ален, привет.
– Моть, ты забрала Федьку?
– Да.
– Нашла зал его?
– Нашла, все нормально.
– Спасибки. Ну вы как там?
– Ален, домой идем. Дождь тут… нормально все у нас.
– Ты уроки с ним сделай и проверь. Особенно русский.
– Хорошо. У тебя там хоть еда есть?
– Мы утром все съели. Ты макарон свари, он их любит.
Про тренера подмывает спросить, но не сегодня. Потом как-нибудь. Прячу телефон и обегаю машину. Запрыгиваю на переднее сидение. Тут уже тепло и нагрето.
– Ну что, домой?
– Да.
На лестничной площадке расходимся по квартирам. Моя направо, его прямо.
А они часом с Аленкой не встречаются? Такие прям совпадения. И тренер, и сосед, и, – опускаю глаза на пальцы, – холостой.
– Спокойной ночи, Гордей.
Открываю дверь и пропускаю Федьку внутрь.
– Я думал, вы меня пригласите на чай, МатренаСтепанна. За спасение белки отблагодарите, – играет бровями и открывает свою дверь.
Ага. Ходит тут. То к Алене, поди, то ко мне.
– Я вам на словах благодарность вынесу, Гордей, за спасение белки. Спасибо. Но на сегодня у меня лимит на харизматичных спасателей исчерпан. До свидания.
– Можем отметить рождение нашего первенца… У меня и коньяк есть.
Захожу в квартиру, щелкаю выключателем. Темно.
– У нас лампочка перегорела.
Федя идет на ощупь в сторону и включает свет у себя в комнате. Ну хоть видно, куда куртку повесить и где разуться.