Если нежить вне скверны такая слабая, то можно натянуть леску, чтобы та споткнулась, и затыкать её посохом, чтобы не тратить [ману]. Но [Магическая стрела] — моё единственное дальнобойное [умение], им нужно пользоваться и тем самым его увеличивать [уровень]. Есть вероятность, что стрела разовьётся на десятом [уровне].
Следующую тварь получилось опрокинуть первой же стрелой. Я резко подскочил к ней и насквозь пробил череп посохом. Приколотая к земле нежить глухо зарычала и попыталась дотянуться до меня покрытыми волдырями руками. Следовало бы сходить за топором, чтобы добить тварь, но следует учиться пользоваться посохом.
Я затыкал нежить до смерти, постоянно вонзая в спину острый наконечник, а получил с твари всего семьсот [опыта]. А с прошлой твари упало тысяча [опыта]. Неужели у нежити разные [уровни]? Хотя какая разница? Пятьсот, семьсот или десять тысяч [опыта], главное — убивать нежить, поднимать [уровни] и увеличивать количество [маны].
Спустя два часа начало вечереть. Получилось выманить десять тварей и взять один [уровень]. Катастрофично мало. Такими темпами до ближайшей юрты я доберусь очень нескоро.
Вернувшись в шалаш, я съел содержимое розовой коробочки и добавил оболочку в импровизированный каменный очаг. Две горящих оболочки давали чуть больше тепла, но каждым днём холод всё сильнее пропитывал воздух. Через пятнадцать дней пойдёт снег, не хочется добираться к пещере сквозь сугробы.
На следующий день я проснулся, громко стуча зубами от холода. Одна из двух оболочек прогорела, а сильный ветер выдувал из шалаша жалкие крохи тепла, даже несмотря на все труды по подготовке лагеря. Так что сперва я заглянул в скверный лес и добыл розовых коробочек, чтобы и есть три раза в день, и греться по ночам от большого жара. А затем у орков первый час тренировался. Нежить медлительна, удобно посохом держать на расстоянии, а потом ударить по руке или ноге, и увести в сторону. Или воспользоваться [Рывком], уйти по диагонали и подсечь ногу, роняя нежить. Ну а дальше затыкать её остриём.
В конце второго часа мой инстинкт самосохранения грыз меня, материл и обзывал — но я обязан расти над собой. Я сразился одновременно с двумя порчеными орками. И убил их, не пользуясь магией. На скверном континенте я один, никто мне не поможет. Сколько ни лей слёз, сколько ни кричи от боли, как ни рви себе жилы — всё бесполезно, если ты слаб. А я не хочу быть слабым.
В дальней части лагеря стоял орк в два с половиной метра чистейших мышц, обтянутых смолянистой кожей с многочисленными гнойниками, со всеми конечностями и без модификаций от скверны. Мой идеальный экзаменатор, я убью его. А если во время боя пойму, что не справляюсь — то отступлю [Рывками] и расстреляю тварь магией. Но сперва потренируюсь на других орках.