Со стороны скверного леса в мою сторону хлынули блюдцеобразные твари длиною в локоть и с шестью короткими лапками, на передней части их тел рот как шнек от мясорубки, окружённый дюжиной хитиновых жвал. На моё счастье — волна скверных крабов мчалась к древню. Они взметнулись по стволу и толпой упали внутрь. Из ствола раздался шквал чавканья.
Спустя несколько минут крабы с треском прогрызли дно древня, саранчой сожрали оранжевые корни и умчались обратно в скверный лес. Я аккуратно, с опаской приблизился к стволу. На постукивание костяшками пальцев опустевший ствол отозвался глухим постукиванием: внутренности оказались полностью выеденными. Вскоре оставшаяся древесная оболочка начала источаться. С жалобным хрустом отломилась одна из долей зёва вместе с ветками, потом ещё одна, а через несколько минут древень рассыпался трухой.
Меня эти крабы перепугали до седой шкурки: передвигались быстрее моего бега, и страшные как не знаю что. Они мне раньше не встречались, но западней стоит ещё один древень переходной стадии. Думаю, он поможет мне проверить кое-какую теорию. С убитого древня я получил почти две тысячи [опыта], но я замучился бить его каменным топором. К сожалению, но их не получится использовать как источник [опыта], а если убивать магией, то добычи уж точно не останется.
Спустя ещё один утомительный час махания каменным топором — второй древень лишился семи нервных трубок различной длины, ровно по количеству толстых корней апельсинового цвета. В этот раз я действовал быстро и на всякий случай отрубил оранжевые корни. Как и в первый раз, через тридцать минут после убийства древня послышался шквал щёлкающих мандибул. Крабовидные тарелки обглодали внутренности древня и умчались обратно.
Может быть, эти крабы как бы подчищают за скверной, экономя каждую кроху порченого вещества? В скверне ведь есть некая логика, и чем дольше я за ней наблюдаю, тем больше она напоминает некую экосистему, а эти крабы могут быть и не чистильщиками вовсе. Древень как некий альфа-хищник может пожирать порождения, а его после смерти пожирают крабы и переносят накопленные в нём вещества и энергию с одного места в другое. Звучит дико, но за прошедшие четыре месяца я видел многое, и каждый раз скверна не перестаёт меня удивлять. Поэтому мне следует быть готовым ко всему.
Я встал в стойку: правая нога чуть назад, левая вперёд, ступни развернул в сторону для лучшего сцепления, кулаки поднёс к подбородку, плечи сжал, согнулся в суставах, напряг каждую мышцу. Сильный удар — это когда бьёшь не только рукой, но задействуешь всё тело. Именно поэтому я напитал маной каждую мышцу и сустав в теле, а во время удара собрал её в кулаке.