Мне принесли грубые холщовые штаны и такую же рубаху, до боли напоминающую крестьянскую одежду с картин из учебника по истории. Обуви не было.
— А ботинки? — поинтересовался я.
Стражник с «самоваром» фыркнул.
— Ишь ты, барин объявился! Ха-ха! Так иди, босиком. Глядишь, земелька русская тебе быстро память вернёт.
Под громкий хохот меня вытолкали из кабинета и конвоировали дальше.
Тюремная камера встретила криками и полумраком, обдав волной нестерпимой вони. Масляный светильник одиноко болтался под самым потолком, бросая тусклый свет на головы обитателей.
Камера оказалась переполненной. Десятки грязных измождённых людей ютились на нарах или стояли, прислонившись к стенам с похабными надписями. Спёртый воздух пах потом и нечистотами.
— Ба-а-а, смотрите-ка, новенький! — раздался чей-то хриплый голос. — Как мышь беленький!
Меня грубо втолкнули внутрь, и дверь с лязгом захлопнулась. Я прислонился к холодным прутьям решётки.
— Эй, шкет! — ко мне подошёл коренастый верзила.
Его проницательные глаза смотрели с вызовом:
— Место на нарах есть, но оно не бесплатное. Чё по понятиям скажешь?
— Я здесь по ошибке, — честно заявил, глядя в глаза верзиле. — Мне нечего вам дать.
— Ошибка, — хохотнул мужик, оскалив гнилые зубы. — Щас мы её исправим. Будешь спать у параши. Место почётное.
Параша — деревянное ведро в углу — была главным источником зловония.
Кажется, я начинал понимать. Это что-то типа проверки. Если провалюсь сейчас, меня сломают.
— Не буду там спать, — твёрдо ответил здоровяку.
— А мы тебя заставим, — верзила сделал шаг вперёд, а две «шестёрки» обступили с флангов.
Мой измученный мозг, привыкший искать глюки и несоответствия, вмиг проанализировал их позы.
Верзила — силач, но неповоротливый, тянется для захвата.
Правый суетлив.
Левый пытается действовать скрытно.
Сон это или нет, но инстинкт самосохранения сработал на ура.
Когда верзила бросился на меня, я не отступил, а наоборот, сделал короткий шаг вперёд, уходя с линии атаки, и поставил подножку. Здоровяк с размаху грохнулся на каменный пол.
Тот, что справа, не ожидал такого. Он замер на мгновение, и мне этого хватило, чтобы резким ударом ребра ладони приложить по горлу. Спасибо урокам самообороны. Сообщник захрипел и схватился за шею.
Левый попытался ударить сбоку, но я уже видел, как его плечо уходит вперёд, и успел присесть, отправив встречный удар в солнечное сплетение. Он сложился пополам с булькающим звуком.
Всё заняло несколько секунд.
В камере воцарилась тишина, нарушаемая лишь хрипом верзилы, пытавшегося подняться.
Я стоял, тяжело дыша и чувствуя, как боль в спине возвращается. Адреналин схлынул, но расслабляться было рано…