— А я его впервые вижу! Не знаю его! Может, беглый, может, сумасшедший…
Я понял, что это мой шанс.
— Я… ничего не помню, — сказал это тихо, с наигранной слабостью опуская голову. — Не знаю, как здесь оказался.
Стражик с бакенбардами фыркнул, явно не веря ни единому слову.
— Ну конечно, не помнишь. Удобная у вас у всех память: включается и выключается. Ладно, разберёмся в участке. Свяжите этого «мирного», — приказал он коллегам, — и этого «непомнящего». Только смотрите в оба, он шустрый.
Мне скрутили руки и связали их за спиной грубой верёвкой, которая впивалась в запястья.
Лютого, продолжающего бурчать себе под нос, сковали наручниками, похожими на старинные кандалы. Нас поставили друг за другом и повели через большой ухоженный парк. В предрассветной мгле угадывались контуры аккуратных дорожек, скамеек, клумб и статуй. Это явно Центральный парк, но всё казалось каким-то нереальным.
Фонари, в которых должны были гореть привычные электрические лампы, испускали мягкий, чуть мерцающий газовый свет, отбрасывающий длинные пляшущие тени.
Мы вышли на широкую мощёную улицу, и у меня перехватило дыхание.
Этот город словно сошёл с полотен музейных картин или со страниц исторического романа. Дома в два-три этажа, украшенные лепниной, а кое-где резными карнизами.
Мостовая выложена брусчаткой, по которой неслись причудливые автомобили. Угловатые, они двигались с тихим гудящим звуком. Большинство были утилитарными, словно грузовички, и я внимательно вглядывался в логотипы, но не смог опознать ни одного.
Прислушавшись к обрывистому разговору стражников, я разобрал: «Центральный парк Архангельска…»
Архангельск?..
Я бывал здесь однажды, в студенческие годы, навещал однокурсника. Помнил широкий проспект, панельные многоэтажки, порт, белые ночи… Но это не тот город. Мой Архангельск был другим.
Этот же…
Был каким-то застывшим во времени, которое я не мог определить. И этот запах… Свежий ветер с реки, который я теперь узнал… Это же Северная Двина!
Эти твари хотели скинуть меня в Северную Двину!
— Да, из-за выстрела, — доносились обрывки фраз старшего полицейского. — Кто-то из жителей на набережной слышал. Доложили, что с территории парка. Вот мы и проверили.
— А этот-то голый откуда? — спросил молодой, кивая на меня.
— А чёрт его знает. Может, гуляка, с которого всё обобрали. Может…– он громко сплюнул на мостовую. — Да чёрт знает кто. В участке детектором проверим. Если с магией, то дело одно, а если немаг, то…
Он не договорил, но по тону было всё ясно. Судя по всему, в этом мире люди делились на тех, у кого была «магия», и тех, у кого её не было. И ко вторым относились как к скоту.