Коряки взялись утеплять шалаши. Они замазывали щели между жердями снегом как штукатуркой, у основания укладывали собранные с травы ледяные комья и вырезанные из наста кирпичики. Дома становились толще на вид и теплее. Глядя на них, мы тем же способом утеплили казармы и усилили стены.
Пока не замерзла гавань, я постарался натащить как можно больше припасов. Люди перестали обращать внимание на мои странные экспедиции. Привыкли, нашли рациональное объяснение, а возможно людям просто хотелось кушать, и каким путями попадает в брюхо еда, становилось на определённой стадии голода второстепенным вопросом.
Когда лодка захрустела, взламывая ледок, я задумался над дальнейшими планами. До сих пор я не собирался зимовать вместе со всеми. Слишком уж большая потеря времени. Я планировал перед самыми морозами выбраться в гавань и прошмыгнуть через зиму потайным ходом, как поступал прежде. Но после всех передряг решение пришлось изменить. Оставлять поселение, раздираемое конфликтом, было как–то тревожно.
Зимовка не такое уж страшное дело, если подойти к ней с умом. Первостепенное дело — забота о кораблях. Экипажи снимали с них снасти и весь оставшийся груз. Убирали мачты, задраивали люки. На берегу собирался ворот. Дождавшись прилива, с помощью ворота и множества канатов, корабль подтаскивали к берегу, а затем вытягивали его на полсотни шагов от воды. Здесь корабль заваливали на бок, крепили камнями, деревом, канатами, всем, что имелось под рукой. Ворот переносили на новое место, где операция повторялась.
Шесть кораблей улеглись рядком как стадо китов, что в непознанном учёными безумии выбросились на берег. Матросы окончательно превратились в промышленников. До весны.
Как только замёрз пролив, отделяющий наш островок от Уналашки, Чиж занялся приготовлениями. Он вынес из шалаша несколько связок прутьев и палок и большой мешок. Из мешка появились кости и деревянные дощечки разной длины и формы, одни с дырочками, другие без; мотки жил, кожаных ремней, куски шкур. Весь этот ворох запчастей Чиж аккуратно разложил на земле и долго рассматривал, словно неопытный турист, озабоченный конструкцией новенькой палатки. Кое–что пришло в негодность. Сопрело или сгнило. Но Чиж, предполагая потери, загодя собирал всякий хлам на лайдах и среди мусора выброшенного зверобоями. Теперь он добавил недостающие детали к набору и принялся за дело.
Взяв два метровых прутика, он сложил их вместе и крепко связал на концах. Затем между прутиками вставил распорки и укрепил жилами. Проделав операцию дважды, Чиж получил пару снегоступов.