— Как мило и современно, — Пилявская картинно всплеснула руками, — герой революционной войны, и в то же время галантный мужчина. Гости будут через час, а пока, Леночка, иди-ка на кухню к Глаше, ну а вы, молодой человек, помогите Генриху Яновичу передвинуть мебель.
И Сергей помог Генриху Яновичу. Лацис сидел в кресле-качалке, курил, читал «Красный спорт», протирал лысину платком и давал ценные указания. Травин переставил тяжёлый, красного дерева буфет, собрал и раздвинул большой овальный стол, принёс от соседей дополнительные стулья, а из кладовой — табуреты. Хозяин дома было решил ещё и люстру перевесить, но тут Глаша принесла накрахмаленную белую скатерть и начала расставлять приборы. Пилявская выставила мужа в кабинет, распахнула смежные двери в гостиную, где стоял большой рояль. Его тоже надо было подвинуть ближе к окну, чтобы свет падал на ноты, а рядом поставить столик с бутылками — гостям предлагались кавказское вино, армянский коньяк и ситро из Моссельпрома. Дальше гостиной Травина не пустили, но по его прикидкам, комнат в квартире Лацисов было не меньше пяти, и уплотнять их никто не собирался.
Первый гость появился без десяти минут час, молодая супружеская пара из мрачного брюнета во френче с Красным Знаменем и блондинки с мелкими кудряшками. Блондинка тут же побежала шептаться с Леной, а брюнет молча пожал руку Лацису и Сергею, и налил себе коньяка. Дальше новые лица появлялись одно за другим, и за полчаса собралось человек двадцать, они пили, курили и тихо разговаривали. Судя по обрывкам долетавших фраз — о работе.
— И этот здесь, — Лена, проходя мимо Травина с тарелкой, кивнула на юркого брюнета лет тридцати с крысиным носом и зализанной причёской. — Дядин помощник, Кальманис, опять будет лезть ко мне с предложениями руки и сердца, ты его, пожалуйста, припугни, а то надоел хуже горькой редьки. И что ты стоишь букой, иди, поговори с кем-нибудь, вон хоть с Александровыми, они очень тобой интересуются.
И показала на пожилую пару, чинно сидевшую в креслах возле рояля.
Сергей двинулся было к ним, но тут появился новый гость.
— Товарищ Артузов, — Лацис подскочил к молодому ещё человеку лет тридцати пяти, зашедшему в гостиную, — прошу, заходите. Опаздываете, голубчик, почти все уже собрались, только режиссёр задерживается. А где Лидия Дмитриевна?
— Приболела, — Артузов чуть отодвинулся в сторону, пропуская мужчину с усами щёточкой и добродушными чертами лица, — вот, вместо неё товарища Емельянова привёл из московской милиции. Ну да вы знакомы.
— Как же, как же, Василий Васильевич, — Лацис чуть согнулся и затряс руку Емельянова, — очень рад. Яночка, смотри какой подарок нам Артур Христофорович сделал.