Преследователь повернул обратно, он выяснил всё, что хотел, даже особо не надеясь на это — вообще Травин спросил Блоху про скрипача, чтобы тот потом вопросы начал задавать и те, кто Пилявского порешил, зашевелились бы и себя обнаружили. Но тут он, что называется, в точку попал, Зуля себя сначала выдал, а потом, скорее всего, настоящих убийц сдал, оставалось только неясным, участвовали в этом только двое, Пётр и Павел, или ещё и их командир, офицер со шрамом на лице. Обдумывая это, Травин и не заметил, как дошёл до дома, а потом толкнул дверь в свою комнату. И сразу переключился на другую проблему — на кровати, поджав под себя ноги и листая июньский выпуск журнала «Мотор», сидела племянница убитого Пилявского, Лена Кольцова.
Глава 13.
О том, что он теперь жених, Сергей узнал от Пахомовой, когда проведывал Дмитрия Степановича. Старик сдал окончательно, и Травина не узнал, приняв молодого человека за своего бывшего командира, всё порывался встать и отгладить несуществующий штабс-капитанский мундир. Пришлось дать двойную дозу успокоительного, чтобы угомонился.
На ночь Кольцова осталась комнате Травина, а утром вытащила из шкафа парадную рубаху, заставила надеть новые, ещё не разношенные штиблеты и потащила на Варсонофьевский. Молодой человек на короткое время почувствовал себя комнатной собачкой, на которую нацепили ошейник, но возражать пока не стал. Лена в постели вела себя раскрепощённо, насчёт женитьбы сразу успокоила, заявив, что ей и одного мужа вполне хватает, и обещала накормить превосходным обедом — пока что минусов в их отношениях Сергей не находил.
— Глаша такого поросёнка делает, ты свои пальцы не оближешь, а откусишь, — сказала она. — Но только в час дня, а до этого будь паинькой, изобрази из себя моего воздыхателя. Ну там ласковое слово скажи, взгляд страстный брось, тётя Яна тогда от меня на время отстанет. А ещё сегодня у нас Протазанов будет из Межрабпома, обещал с собой привести актёров из нового фильма «Закройщик из Торжка». Я ещё не смотрела, говорят, очень смешной. Ты ведь любишь кино и актёров?
Сергей пожал плечами, немые чёрно-белые фильмы были наивными и наигранными, но за неимением других — вполне сносными. От актёров требовали определённой внешности, контрастной, чтобы она выделялась на плёнке из серых интерьеров, поэтому мужчины подводили тушью глаза, красили волосы в чёрный цвет и подчёркивали губы тёмной помадой — использовали чисто женские уловки, но в жизни в большинстве своём оставались нормальными людьми.
До дома Лацисов молодые люди добрались пешком — ночью прошли грозы, размыв грязь на булыжных мостовых, город очистился, заблестел, да и погода установилась солнечная и тёплая, по-настоящему летняя, как и должно быть в начале августа. Старательно обходя лужи, Сергей и Лена разговаривали обо всяких пустяках. Она рассказывала, как учится в университете и как им жилось после революции, когда её отец поначалу пропал, а потом появился, он — как придумал прицепить немецкое магнето к советскому мотоциклу и лежал в психушке. Тему гражданской войны и особенно то, что было до неё, Травин старательно обходил, к тому же история про лечение в психиатрической больнице вышла смешной и неожиданно интересной. Кольцова настолько заслушалась, что чуть было не попала под извозчика на Сретенке.