— Зачем чужому человеку изливать мне душу? — нахмурилась Кэсси. Ей велят разговорить убийцу, так это называется? Дознаватели хотят всю свою работу переложить на её плечи? Может, ей тоже горшки с рассадой в следственный отдел принести?
Левитт положил на могилу букетик диких роз и потянул Кэсси на дорожку, ведущую в город. Рой лже-бабочек пёстрой вереницей закружился над головой лже-Зетри, и он прошептал, склоняясь к Кэсси:
— Держись, моя девочка. Ты ничем не заслужила преследований негодяя, не заслужила бояться за родных и близких, ты рождена для мирной, счастливой жизни в любви и согласии, но расплачиваешься за помощь нам. И мы это остановим!
Сердце Кэсси забилось в предчувствии поцелуя — и замерло от ужаса при виде прозрачных росинок, скатывающихся с «крыльев» лже-бабочек…
— Яд!!! — выдохнула она, с силой отталкивая главу имперской безопасности.
Но опоздала.
Ничем не прикрытое мужское лицо оросилось каплями — и под каждой каплей стало расплываться пятно глубокого ожога. На пятнах выступила и запузырилась кровь, на губах показалась розовая пена — и жертва убийцы покачнулся и рухнул навзничь. Сил Кэсси не хватило, чтобы удержать тяжёлое тело, и она упала рядом, судорожно нащупывая нитевидный пульс. Пульс был, и только его биение удерживало Кэсси в рамках реальности и позволяло мыслить. Например, о том, что личина помощника целителя, питаемая магией личного резерва, не искажается, не растворяется, не исчезает, а ведь на удержание личины уходит прорва магии! Далеко не все маги могут себе личину сотворить, для этого изначально большой резерв нужен, а у мага умирающего он опустеет вмиг. Следы воздействующего на кожу яда очень убедительно вписываются в черты подправленного иллюзией лица, а образовавшиеся язвы выглядят так красочно и устрашающе, что немного отдают театральностью… Убийца не должен заподозрить, что жертва живей, чем кажется.
— Бедный Зетри, неужели его даже не оплачут? Лежи на его месте Марал Левитт, ты бы билась в истерике и проклинала судьбу, а тут — ни слезинки. Парень напрасно верил, что сможет заслужить твою благосклонность. Женская душа устроена таким образом, что даже полнейшая идеальность мужчины во всём — не обеспечивает ему любви. Зато если он любим, то смело может позволить себе не быть идеальным! — произнёс за спиной Кэсси хорошо знакомый голос.
Вот к кому относилось предостережение Лиеры! Вот кому наставница помогала и с кем откровенничала о даре своей ученицы!
— Идеальность — в глазах любящего, — прошептала Кэсси и резко развернулась к нежданному собеседнику. — Добрый день, господин Фиц, каким чудом вас занесло в наше захолустье?