Показался родной дом. Деревянный забор выглядел как новенький из-за свежей, синей краски. На поляне гуляли курицы. Что-то клевали, искали в траве. Ссорились и громко кудахтали.
В окне мелькнуло любимое лицо. Сердце Амины забилось сильнее. Через секунды из дома выбежали гурьбой её дети.
Три сына, две дочери. Была бы третья, если бы не потеряла она её…
Слезы подступили к глазам Амины.
Она спешно заморгала и выбралась наружу.
– Мама!
– Мамочка!
Дети обступили Амину. Прижались к ней. Окутанная их теплом, она стояла и глотала слезы.
О, Аллах, как она могла подумать о том, чтобы умереть?! Как же дети без неё, её любимые, её родные кровинушки?!
– Мама, идем, бабушка напекла пирогов, – средний сын потянул её за ладонь.
– Да, мамочка, и твой любимый чай заварила! – старшая дочка улыбнулась ей беззубой улыбкой, а младшая потянула за подол платья.
– Идем! – Амина медленно поплелась к двери.
Мама встретила её ласково. Всё отворачивалась, чтобы стереть с глаз слезы. Улыбалась, подливала чай. Пыталась приободрить дочь, только трудно было, потому что у самой все щемило от боли.
– Ты варенье покушай, – ворковала мать, – мы с детишками собирали на той неделе. В поле столько ягод уродилось!
Амина ела, но вкуса не чувствовала. Ела лишь для того, чтобы мать успокоить и сил набраться. Хотелось в комнату уйти, лечь и валяться. Но понимала – дети нуждались в ней не меньше, чем она в уединении. Да и чувствовала – достаточно уж належалась.
– Мамочка, пойдем мы покажем тебе подарки, – младшая дочка нетерпеливо улыбалась.
– Пойдем, – Амина посмотрела на мать.
– Я уберу со стола, доченька, ты иди, – мягко попросила она.
В зале царил порядок. Все-таки дети у Амины были воспитанные, и в самом лучшем понимании слова самостоятельные. Помнили её наказ – насорил – убери. Если младший не умеет, научи, помоги. Получилось у неё из детей сделать настоящую, дружную команду. Разумеется, и ссоры бывали, но мирились быстро, а плохое забывали.
На письменном столе лежали рисунки. На белых листах была нарисована она, Амина, в разных вариациях. С цветами, с короной, верхом на лошади, в поле, с тортом…
Амина заметила, что каждый рисунок тщательно вырисовывался, и по почерку поняла, что в рисовании участвовали все дети. Сердце окуталось нежностью.
– Спасибо, мои любимые, – она поцеловала каждого в макушку.
Целовала и вдыхала родной аромат. Запах своих детей – самый вкусный, и неважно сколько лет твоему ребенку.
– Мама, а я книжку читать начал, – средний сын притащил толстую книгу и с грохотом положил на стол.
– Жюль Верн, – прочитала Амина и улыбнулась.