– Как что? Проведать приехал, – Алим, как ни в чем не бывало уселся на свободный табурет.
Амина заскользила взглядом по мужу. Он выглядел иначе. Модная, цветастая рубашка с короткими рукавами. Светлые брюки. И еще Амина обратила внимание на его загар. Он был таким явным, что это наталкивало на некоторые мысли.
– Ты запоздал с тем, чтобы проведать меня, – дрогнувшим голосом ответила Амина. Она схватилась за нож и продолжила резать лапшу. Движения её стали резкими.
– Да ладно, Амина, хватит дуться, – Алим поднялся с табурета и встал позади неё. Теплые ладони легли ей на плечи.
Амина прикрыла глаза.
Странно. Ничего не чувствовала. Нет, одно чувство, все же, имелось. Желание, чтобы муж поскорее убрал руки. Она дернула плечами:
– Это по-другому называется.
– Видно, сильно обиделась, – Алим заглянул ей в лицо и улыбнулся. – Да не обижайся, жена. Я тут, приехал к тебе.
– Вспомнил, что у тебя жена есть? Первая, – Амина метнула в него гневный взгляд.
Алим, нахмурившись, опустился на табурет.
– Где же ты был, когда меня снова скорая была? Ты говорил, что неделю будешь занят, а я пробыла в больнице десять дней! И ты ни разу не пришел, чтобы проведать меня! – стараясь не кричать, выдохнула Амина.
– Да фигня с билетами получилась. Только вчера прилетели.
– Прилетели? – Амина нахмурилась так, что у неё заныл лоб.
– Да мы с женой летали в Турцию. Типа медового месяца.
Обида обожгла сердце Амины. У нее вместо медового месяца были недели на грядках. Денег-то не было, да и сейчас, откуда им было взяться?
– У тебя появились деньги? – с упреком выдохнула она.
Алим замешкался от её вопроса. Неприятная догадка обожгла разум Амины.
– Алим? – не сказала. Процедила.
– Я со счета снял. Потом верну, не переживай.
– Ты снял деньги, которые я откладывала для обучения детей?! – Амина с грохотом бросила нож на стол.
Деньги она откладывала с рождения первенца. Не все переводила, по чуть-чуть, но за время накопилась довольно солидная сумма.
– Да успокойся ты, Амина, я же сказал – верну всё! – Алим окинул её злым взглядом.
– Вернешь, – губы Амины дрогнули в горькой усмешке.
– Верну, – Алим скрестил на груди руки. – Давай, собирайся.
– Куда? – Амина удивленно вскинула брови.
– Как куда? Домой. Мать заждалась. По внукам соскучилась. Да и огород тоже ждет.
Амина сглотнула. Противная горечь растекалась по горлу.
– Я никуда не поеду, Алим.
Снова взяла нож и продолжила медленно разрезать тесто на лапшу.
– Как не поеду? Ты – моя жена, и должна слушаться. Собирайся.
– Я не поеду, Алим. Я приняла решение, – она заставила себя посмотреть ему прямо в глаза.