— В первом или во втором?
— Решаю… — прищуривается.
Мое дыхание сбивается от его взгляда.
Официант уносит все, кроме вина и фруктовой нарезки. Включает вытяжку.
Пора уходить, если я не хочу…
А я не хочу?..
Мысли пьяно путаются.
Нет, конечно, не хочу. Я могу испортить чужую «вещь», но взять — нет.
— Благодарю за ужин! Было очень вкусно. И компания была… приятная. Извините за тачку.
Улыбнувшись, встаю и иду к выходу. Мальчик из персонала помогает мне надеть шубку.
Смотрю на себя в зеркало.
Мама дорогая…
Румяная, глаза блестят, губы полыхают от острого перца! А макияж самую капельку потек, создав эффект смоки-айс.
Словно мы не ужинали за этим столом, а горячо…
Ах, Зоя… Зоя… фантазия, остановись!
Выхожу на крыльцо, делаю глубокий вдох.
Дверь за моей спиной хлопает ещё раз.
Чувствую как меня разворачивает и… я врезаюсь в Стаса.
Тело обваривает вспышкой, ослепляя на мгновение, и мой рот открывается сам под давлением его губ.
Без всяких нежностей и не давая шанса отстраниться, глубоко и нахально врывается в мой рот.
— М-м… — хватаюсь за него, чувствуя, как предательски подкашиваются колени.
Мамочка… Как горячо!
А потом замедляется, целуя чувственней и мягче.
Он отпускает меня первый, за мгновение до того, как я прихожу в себя.
Растерянно хлопаю глазами, не зная, что сказать. Сердце бьётся где-то в горле.
— Ах, да…
Морщась, с усилием стягивает с безымянного кольцо. Надевает мне на большой.
— Починишь своему Лехе коляску.
Сжимаю пальцы в кулак, чтобы не уронить.
Стас уходит…
Ух! — касаюсь своих губ. Я и забыла уже как это…
Вот это приключение.
Глава 2 — Танго
— Тихомиров, продай кольцо. За дорого.
Кручу на столе колечко Стаса.
— У кого отжала? — поднимает, рассматривая на свет.
— Это компенсация за кресло Лёхи.
— Продам…
Свет сидит в моем кресле, едва помещаясь.
— Слушай, ты ещё больше стал, по-моему. Светляк тебя откормила.
— Чё прям откормила? — озадаченно разворачивается к зеркалу. — Да, не… Это просто свитер объемный. И борода.
— Ты вообще как басурманин уже!
— Детям нравится так, — довольно гладит свою небольшую темную бородку.
— Батя… — дразню его.
— Я такой… — важно.
С Тихомировым Светом мы дружим с детства, ещё с интерната. Он как брат. По возрасту — старший, по натуре скорее младший. Здоровенный и справедливый. Защищал меня…
— А Зоя влюбилась! — интригующе сообщает Светляк, его жена. — Сама себе весь день улыбается. И из рук все валится.
— Глупости… — фыркаю я.
Хотя улыбка опять растягивает мои губы.
Ищу машинально сигареты, чтобы занять губы.
Накачал меня поцелуй. Как на реактивном движке летаю уже третий день. И почти не сплю!