Старая парча разодрана, а вот новая постелена. Она тоже будет порвана, но пока что символизировала собой чистоту и непорочность. Царь ухмыльнулся: с нового полотна начиналась новая жизнь.
— Да здравствует царь Владимир Васильевич!!!
— Славься, великодушный царь!!!
— Многие лета здоровья и процветания!!!
Выкрики один другого громче пролетели по Ивановской площади. Народ в едином порыве поклонился царю, когда тот поднял руку. После этого возникла такая звенящая тишина, что стали слышны машины, проезжающие по Раушской набережной.
— Трудное сейчас время настало, верные сыны и дочери Отчизны! В тяжёлой борьбе с врагом, сильным числом и богатым всеми средствами, мы должны остановить его и вместе встать на защиту Отечества! Сейчас, вступая на престол, я шлю вам привет, мой доблестный и Богом хранимый народ! Сердцем и мыслями я всегда с вами в трудах и боях. Призываю помощь Всевышнего на ваши труды, доблести и мужество. Помните, что без решительной победы над врагом наша дорогая Россия не может обеспечить себе самостоятельной жизни и права на пользование своим трудом, на развитие своих богатств. Проникнитесь, поэтому сознанием, что без победы не может быть и не будет мира. Я сердцем чувствую горячее стремление и готовность всех и каждого до конца исполнить свой святой долг защиты и служению Родины. Я вступаю на престол с твёрдою верою в милость Божию, в духовную мощь и непоколебимую твёрдость и верность всего русского народа и в военную доблесть моих армии и флота!
Стоило только ему замолчать, как тут же сотни крикунов начали славить царя! Остальной люд поддержал нанятых крикунов и вскоре вся Соборная площадь, а за ней и Ивановская начали скандировать:
— Славь-ся, царь! Славь-ся, царь!
Когда же из рук царя начали падать монеты на прильнувший к постаменту люд, то началась давка. Стрельцы из отборной кремлевской гвардии отталкивали напиравших людей, каждый из которых стремился хоть как-то привлечь внимание новоявленного царя. Воины из отряда Сверкающих сопровождали царя на постаменте.
Редко когда коронация проходила без смертей десятка-другого зевак, по неосторожности слишком близко придвинувшихся к постаменту. Похоже, что не обойдётся и сегодня.
Царь улыбался. Всё-таки какое зарождение новой жизни без мук? Кто-то отдаёт свою жизнь, а кто-то принимает…
Монеты поблёскивали на солнце, рассыпаемые щедрой рукой. Звона не было слышно — им не давали упасть. Этих монет было не жаль — вскоре они окупятся с лихвой. Главное, чтобы народ любил царя. А если не захочет любить, то его заставят…