Но, скорее всего, как я понял гораздо позже, она просто оказалась первой девушкой после лицея, с которой мне пришлось близко и долго общаться. Одноклассницы у меня были никудышные, на улице и в мастерской ровесниц я почти не видел, вот и влюбился в первую симпатичную девицу, которая заговорила со мной по душам. Каждый инспектор на бирже труда — психолог, именно потому эту должность до сих пор выполняет человек, а не компьютерный алгоритм.
— Садитесь, Рэд, — Лиза потупила взгляд и стала листать голограммы с моим досье. — Надеюсь, вы больше не залезали на Призму? Штрафы нам очень не нужны.
— Нет, — соврал я. Врать было отвратительно, но разум возобладал.
— Вы сходили на речной порт?
— Да, — выдавил я из себя и протянул через стол бумажное заключение. — Им… не нужны стажёры.
Лиза потянулась за документом, но резкий порыв ветра из окна вырвал бумажку из моих пальцев и сдул на пол.
— Ой, — смешно сказала Лиза, и мы синхронно бросились поднимать бумажку с пола. Когда она наклонилась, я в очередной раз заглянул к ней в декольте. И густо покраснел, — потому что она заметила и застенчиво улыбнулась в ответ. Уселась обратно и демонстративно поправила платье.
— Рэд, вы мне так и не объяснили в прошлый раз, собираетесь ли вы после семнадцатилетия только работать, или пойдёте куда-то учиться?
— Пока я точно не хочу менять специальность. Родители хотят, чтобы я поступал на экономиста или юриста. Но мне больше нравятся рабочие специальности, я бы хотел пойти на сферомеханика. Вы как бы мне посоветовали, Лиза?
На самом деле, вопрос был очень важным. С каждым новым разговором о моём будущем родители занимали всё более жёсткую, даже жестокую позицию. Девушка немного опешила от неожиданного вопроса.
— Ну, я бы порекомендовала найти некоторый компромисс с родителями. Они ведь готовы оставить вас на время обучения?
— Я и сам был бы рад сбежать.
Лиза покачала головой.
— Многие так говорят. А если новая война? Лучше всего будет отсидеться здесь, у Заповедника — защищать родные края. Сюда точно никто не долетит.
Я вспыхнул.
— Если будет война, я сбегу в Заповедник! Или уйду в партизаны.
— Вы не хотите стрелять в рутенийцев?
— Ни в кого не хочу. Занимайтесь любовью, а не войной!
Как же это не к месту, как нелогично и слишком наивно это прозвучало! Я покраснел ещё сильнее, продолжая пялиться на неё. Инспектор немного заволновалась, снова поправила одежду.
— Ладно, мы отвлеклись. Вам родители хотя бы дадут стартовый капитал?
— Не знаю, я с ними не разговаривал, — я пожал плечами. — Наверное, дадут. А что, это так важно?