Русский бунт. Кровавый год — Алексей Вязовский

От мыслей о «Моем удовольствии» родилась новая идея.

— Коробицын! В Зимний не заезжаем. Остановитесь на набережной и сыщите мне шлюпку. До Кронверка хочу прокатиться. В секретный сарай перед Арсеналом.

На Кронверкском канале, разделявшим Петропавловку и Арсенал — сперва тыловую крепость невской цитадели, а потом хранилище всего ценного русской армии, включая артиллерийский парк, пороховые склады и даже медалей с орденами, — по моему приказу устроили временный эллинг, где проводилась установка «ракетниц» на гребные галеры. Снаряды, само собой, хранились в особом погребе Кронверка, поэтому и было выбрано это место, окруженное завесой особой секретности. Шпионов хватало, парочку прихватили на горячем, после интенсивного допроса Соколов-Хлопуша притопил их на реке. Работали они, что неудивительно, на англичан и голландцев. Ну эти всегда были активны на российском направлении, имеют тут агентуру не хуже, чем иезуиты…

Шлюпка нашлась сразу, и вот уже ветер раздувает мне кудри на невских просторах, жара на время отступила. Лепота! Река могуча и сурова, легкое волнение, шесть весел срывают барашки на волнах, ялик летит вперед, повинуясь идеально слаженной работе гребцов, а те, в свою очередь — команде рулевого, который увлеченно выкрикивает:

— Иии ррр-аз, иии ррр-аз!.. Навались!

Зашли в канал, обогнув Петропавловку. Часовые отдали честь, признав во мне своего государя.

— Суши весла! Шабаш!

Шлюпка ткнулась в грубо сколоченную пристань. Приняли швартовы. Я, проигнорировав протянутую руку матроса, сиганул на условный берег.

Быстро прошел посты охраны, заглянул в сарай и остался доволен увиденным. Галеру в районе носа перегораживал помост, выступавший справа и слева за бортами. На него устанавливали две половинные «ракетницы» так, чтобы выброс горящих пороховых газов ударял в воду, а не в гребцов. Служить на таком судне — истинный страх божий, но, как ни странно, недостатка в членах экипажа не было. Он комплектовался преимущественно из финнов, погнавшихся за длинным рублем — смертникам-«галерникам» я платил двойной оклад. Почему смертникам? Да потому, что снаряды были начинены напалмовой смесью, защищенной от камеры сгорания высушенным илом. Но сапропель не поможет, если в пороховой погреб галеры попадет хоть одно ядро. Случайная искра — и судно сгорит быстрее маленькой свечки. Люди предупреждены, на галерах одни добровольцы — видимо, деньги, они и в дремучих финских лесах деньги.

Пока уже готовые галеры тренируются в шхерах. Осталось только провести испытания в реальном бою, чтобы понять, у меня на руках появилось чудо-оружие для морских баталий или вытянул пустышку. На ком испытывать? Да, были англичане с миссией флага в Дании. Но пассивные, им явно не до объявления войны. Я делал ставку на французов. Балтика для них знакомый театр военных действий. Если с ними столкнемся, флот обязательно сюда заявится. И каперы. Френчи любят каперство, целый городок в Бретане на этом специализируется — Сен-Мало.