— Тебе необязательно здесь работать, Илва, — Нора кладет свою руку мне на плечо, мягко поглаживая, — ты все-таки истинная нашего императора. Тебе точно не место на кухне.
— Я не делю людей на классы и категории, — пожимаю плечами, — не вижу проблемы в том, чтобы помочь тебе и твоим работникам с готовкой. Тем более я это очень люблю. Давай я приготовлю замечательный пирог из миндаля с абрикосами. Поверь, вы такой точно не пробовали.
— Ох, ну давай, детка. Отговаривать больше не стану.
Нора подходит к большой пятилитровой кастрюле, помешивая куриный бульон. А я пытаюсь вспомнить рецепт пирога из поваренной книги моей бабушки.
Раньше миндальную муку было не купить, но бабушка сама молола обжаренный миндаль. И меня этому научила.
Я смешиваю все нужные ингредиенты и ставлю основу для пирога выпекаться, а пока в большой деревянной печи тесто доходит, обжариваю в чане абрикосы в сахаре и сливочном масле.
Добавляю немного гвоздики для аромата и ванильного сахара.
— Ох, ну аромат на весь замок, — Нора вытирает руки о передник, тепло улыбаясь, — надо же, а мы никогда так не делали. Ну, я про миндаль. Используем либо ржаную муку, либо пшеничную.
— Миндаль богат жирами, и полезнее, чем пшеница. И вкус будет ореховый такой, насыщенный.
— Прекрасная ты девушка, Илва. Может, и не просто так ты оказалась истинной нашего грозного императора? Ведь женщина рядом должна отогревать мужское сердце, а эта… — Нора с пренебрежением выплевывает последние слова, осматриваясь по сторонам, словно боится, что её могут услышать, — его эта девка, Ариэла. Ох… Илва. Он слеп и влюблен, не замечает, какая его девка на самом деле дрянь. Ты бы слышала, как она разговаривает с прислугой. И как раздает свои указания. Хотя еще даже не хозяйка этого дома.
Нора грустно опускает голову, садится на деревянную скамью, продолжая рассказывать.
— У нас работал замечательный мясник, просто человек с золотыми руками. Ричард. Так она его уволила, отца многодетной семьи, у которого десять детей. И ведь всех кормить надо.
Помешиваю карамелизированные абрикосы деревянной лопаткой, внимательно слушая Нору.
— За что же уволила?
— Просто так! Ей показалось, что мясо несвежее, хотя быть такого не может, ведь весь скот выращен на императорской ферме. Она обвинила Ричарда в том, что тот пытался отравить нашего господина… и вышвырнула его на улицу.
— Но разве господин поверил в это?
— Он и не в курсе, — горестно вздыхает Нора, — мерзавка приказала нам молчать, иначе мы отправимся следом за Ричардом. Вот мы и молчим. Презираешь?
— Нет, что вы, — откладываю лопатку в сторону и уменьшаю огонь, чтобы абрикосы не сгорели вместе с карамельным сахаром. Подхожу к женщине, присаживаюсь на корточки, глажу её колени, — во мне нет презрения, у вас же тоже семья, которую нужно кормить. Не переживайте, Нора, я аккуратно поговорю с господином, постараюсь донести до него правду. Но мне нужно время, чтобы он стал мне доверять. Сейчас он подозревает меня в шпионаже. Но я сумею его переубедить, обещаю.