— А разве нет? – губы дрожат, когда задаю вопрос. А ноги подгибаются, слабея с каждой минутой.
Однако я всё еще стойко вжимаю их в мягкий ковер, украшающий роскошную гостиную особняка Серебристых драконов.
Хочу услышать полную версию своего приговора. Боюсь, во второй раз я подобного разговора могу не вынести.
— Определенно, нет, — на жестко очерченных губах мужа играет кривая усмешка. – Я помню, что в нашем мире у тебя никого нет. И ты попала к нам круглой сиротой. Так что не нужно считать меня чудовищем. Ты остаешься здесь, Кристиния.
— Здесь? – сглатываю густой, тягучий комок горечи, переводя взгляд на сияющую превосходством девушку. – Но ты же сказал, что… — не могу повторить вслух те обидные слова, что бросил Даркворд мне в лицо.
— Что Даркви надоело терпеть в своем доме пустышку! Так и есть, — беспардонно влезает его девица в разговор. — Он и так слишком долго с тобой возился. Но у жалости и милосердия тоже есть пределы, правда, любимый? Скажи уже этой блаженной, что она тут была всего лишь в качестве временной замены, отвлечения для твоего тоскующего зверя. А то она, кажется, вообразила, что ты всерьез намеревался держать ее в женах! – смеется Жанния, нагло искажая имя дракона.
И он позволяет ей это!
Нет, она не блажь. Не случайность, которой Даркворд неожиданно увлекся. Не проходная девица, которую мой муж зачем-то решил привести в наш дом для моего унижения.
Она любимая! Его настоящая избранница.
Иначе дракон ни за что бы не позволил ей так обращаться к себе.
Я и в этом ошибалась. Даркворд не искал мне замену. Он не куклу привел в дом, с которой захотелось развлечься.
Это я… Я САМА была бутафорией. Погремушкой, посредством которой он отвлекал своего внутреннего зверя, тоскующего без драконицы рядом.
Даркворд ведь даже мне… жене (!), что носит его брачующий обруч на шее, не разрешал так с собой говорить. Перебивать, как то сделала его Жанния.
Грудь сдавливает раскаленными тисками. И сердце словно не умещается в нее более. Оно сжимается, разливая по венам чистый экстракт боли вместо крови. И хочет выбраться из своей клетки.
Не могу, не сумею я смириться.
— Я не смогу, — мотаю головой. — Не стану жить с тобой под одной крышей после измены, Даркворд.
— С нами, Кристиния. С НАМИ, — запускает он крепкие пальцы в роскошную шевелюру девицы, предъявляя мне ее. — Привыкай, дорогая жена, у тебя теперь новая жизнь. И в ней, я уверен, найдется место не только для меня, но и для моей женщины. Для моего нового счастья. Настоящего.
Мне начинает казаться, что я сплю.
Это просто страшный сон. И я обязана немедленно проснуться!