В глубине душе Эдвин даже порадовался, что они не вносят никаких изменений, и не ведут переговоры. Просто переподписать его заново, по сути продлить, и внести несколько заранее оговоренных условий намного проще. Будь тут еще и споры, Эдвин заглянул в договор, из-за водораздела по линии обитания океанической трески…
«Ладно, что там еще», — вернулся он к монотонному перечислению требований и обязанностей союзников.
В целом, он должен был признать, условия были очень даже неплохими. Треску в спорных водах больше добывала империя. Торговля шла в обе стороны, но северное королевство полностью зависело от них больше. Насколько он помнил из курса академии, империя себя может прокормить без проблем. А вот у севера с продовольствием могут быть вопросы. Один-два неурожая, и даже маги земли не помогут спастись от затягивания поясов. К обеду он запомнил все.
— Не думал, что империя будет делить какую-то рыбу, — сказал он, возвращая документы Бернарду.
— Какая-то рыба это не только пропитание для северной части, но и рычаг давления на острова, — возразил Бернард. В комнате уже никого не было, и они могли говорить свободно. — Сложно думать о войне с империей, когда у тебя в королевстве может голод из-за нее разразиться. Мы не даем им добывать рыбу, но продаем зерно взамен.
— Политика, — скривился Эдвин.
— Вам может не быть дела до политики, а она все равно будет оказывать влияние на вашу жизнь.
За последние дни события сами находили Эдвина. Это заметил не он один, и поэтому Бернард строго настрого запретил ему отходить от себя. Сам же помощник посла из комнаты не выходил, и молодой маг был вынужден торчать в четырех стенах вместе с ним. Сначала было скучно, а потом Эдвин вспомнил о своем поменявшемся отношении к скуке, открыл подаренную графом Вернером книгу, которая оказалось вполне себе учебником, и погрузился в чтение.
После обеда, когда они доели остатки своей еды, и вернулись к голоданию, пришли слуги с одеждой для Эдвина. Молодой маг как раз мучительно вспоминал карту с ареалом обитания той самой загадочной трески, и пытался понять, будут ли они там проплывать по пути в империю. Или проходить?
«Интересно, когда слуги найдут под кроватью остатки наших ужинов и обедов, что они подумают», — эта мысль развеселила мага, и он хохотнул.
— Выбор одежды дело серьезное, и смех неуместен, — тут же заметил Бернард.
— А вам определенно точно стало лучше, — поделился своим наблюдением Эдвин. — Возможно скажу страшную вещь, но больным вы мне нравились намного больше.
— Это ваши проблемы, — закончил помощник посла разговор.