Остальные могли гадать, строить предположения, но я, благодаря теням, знал правду.
Тот реольский хоу из Дома Бротург, которого я притащил по заданию Вира, оказался важной шишкой и позволил нам ограбить едва ли не всю армию реольцев. За две ночи мы в налётах обчистили все склады и перехватили все речные обозы реольцев, заполучив напитки ярости Эскары.
И теперь носились по лесам, участвуя в десятках сражений вот уже десятицу.
Где-то мы с напарником действовали сами, где-то объединялись с другими идарами, иногда доводя наш общий отряд до трёх сотен солдат.
Разумеется, я знал и подробности этих заданий, Ограк даже пытался мне объяснить происходящее, но я, урывающий каждый миг для сна, даже в седле грауха, и не пытался понять. В итоге Ограк ограничился кратким — гениально — и на этом закончил попытку привить мне знания стратега. Я ещё с учёбы в Кузне Крови знал, что мне им не быть.
Если мне, истинному идару, было тяжело, то мои люди, обычные простолюдины, просто валились с ног и, конечно, погибали.
От изначального отряда Креода осталось половина. Зато эта половина уже не колебалась, получив приказ, и рубилась с реольцами так, словно не меньше года проходили в младших воинах и всё это время потели на тренировках с гаэкуджей Дома.
Я привстал на стременах, оглянулся.
Правда, сейчас мои люди представляют собой жалкое зрелище, никак не похожи на тех, кто уничтожил уже пару сотен реольцев.
Мало того что нам сегодня пришлось в конце битвы сражаться по пояс в воде, так мы ещё и под дождь затем попали. Сначала спасал лес, через который мы пробирались напрямик, но теперь, выйдя на дорогу…
Вот и сократили путь.
— Креод.
— Да, господин.
— Ищи место для привала. Разожжём огонь.
Вот Креод был бодрей всех нас, вместе взятых. Оно и не удивительно. Ведь он на самом деле Кровавый, который залечивает раны и восстанавливает силы, забирая чужую жизнь. Я тоже становлюсь сильней, убивая, но речь идёт о какой-то странной силе, которая влияет на мои техники и моих теней, но не прибавляет ни капли сил телесных. А жаль.
Напарнику, Омеру из Малого дома Квалак, что на западе, было ещё хуже, чем мне. Я лишь делал вид, что глотаю ярость Эскары, а он пил его по-настоящему и по-настоящему же получал упадок сил после окончания его действия. Ничто не даётся даром, особенно прилив сил и возможностей. Мне кажется, он за эту десятицу потерял больше десятка гран веса.
На моих солдат вообще было жалко глядеть, но, начало положено — немного согрелись, пока искали дрова, сейчас будет ещё лучше, заодно и отдохнут.
Креод достал кресало, спросил: