Федя засмеялся, захохотал, моя грубость его совсем не обидела:
— Все в этом паршивом городишке получат своё, все кто Федю обижал. Все получат крылья или умрут. И мне нужен помощник. Тот, кто будет делать то, что я сам не могу. Да и скучно одному, поделится не с кем, поговорить иногда хочется вечерком, а тоже не с кем. Собачку не заведешь, кошечку, дракончика. Жизнь такая у разведчика, непостоянная.
— Ты, себя разведчиком возомнил, кусок мяса? Штирлиц Ваше Крылейство, мать.
Удар прилетел неожиданно, да на таком расстоянии, пропустил я, к стыду.
— Не нужно зарываться, слуга.
— Твой сон, твои правила — только я не слуга тебе, гнида чужеземная.
— А вот это неверно. Из этого кошмара у тебя есть два пути — на тот свет или в питомцы. Так я называю своих слуг, ничего личного.
— Нет, я работник пункта выдачи, а не слуга.
— Та девочка, из особенных к которой ты привязался. У неё ведь тоже крылья. Они нуждаются в уходе. Если бросить девочку, то крылья загниют, забирая хозяйку за собой.
— Плевать на нечистых.
— В твоем доме, в соседнем подъезде тоже пропадал парень Андрюшка, десяти лет. Такой белокурый ангелок. Когда за крыльями не ухаживают или делают это неправильно обладатели начинают гнить вместе с ними. Так жалко будет маме потерять Андрюшеньку. Он же не призрак, как эта черно-белая девка, да? Но если не помочь ему, то быстро встанет на одну доску с нечистой. Советую заготовить двадцать могилок заранее. Я тебя не убью Игорёк в случае отказа, не хочу портить впечатление, но мучиться ты будешь намного сильнее чем это зеленое пятно на полу.
Хорошенький выбор без выбора. И всё-таки.
— Наверное откажусь.
(А подумаю над этим потом. Что-нибудь обязательно придумаю. Там есть Касьян, есть Гнилл, Морфий, мы обязательно выкрутимся).
— Ясно, — вздохнул человек-мясо. — Нужна демонстрация. Мне не хотелось, честно, но раз вопрос стоит таким образом…
Он поднял голову и принюхался.
— Так значит. Кто тут у нас спит, такой сладенький, кто ходит к Феде по ночам тот поступает мудро.
Федя поставил под зад табуретку и уселся, скрестив руки на груди. Шляпу он натянул на глаза, собираясь поспать.
— Подождем, Игорь.
«Только не отец, — подумал я мгновенно, — батя, не спи».
И хоть в этом мне повезло. Дверь позади открылась с таким скрипом, как гробы открываются в ужастиках и озираясь вошел инспектор по делам Особенных Завозный лично.
— Опа, — сказал Федя и поднялся отбросив седалище ногой. — Вот уж кто не переживает и всегда спит крепко. Милости прошу в наш Кошмар, слуга народа.
Завозный был в смешных широких трусах и в белой майке с изображением бубнового короля, который пил пиво из огромного бокала и выпячивал живот. Ноги босые и он переминался вытирая пот со лба.