— Для справки: распространяться о том, где конкретно проходила встреча тоже не стоит. — Заговорил Ворошилов, помешав мне наслаждаться видами. А наслаждаться тут было чем: одно только устройство ворот, к которым мы приближались, чего стоило. Чем-то стены Кремля напоминали мою цитадель разума, хоть и в несколько более скромных масштабах. А что? В своём «мире» я — царь и бог, так что мог позволить себе непомерно раздувать пафос в любых его проявлениях. Олег Сергеевич так вообще сферу «живой» ртути под это дело приспособил, а это, при прочих равных, впечатляет больше, чем замок в скалах…
— Честно говоря, я и не собирался, господин Ворошилов. — Болтать о таком, не до конца разобравшись в том, что это сулит — деяние простака и глупца. А я себя таковым не считаю, и подставлять под удар «голову» нашего государства не стал бы. Правда, теперь и Ксении не получится рассказать, как оно тут…
Чёрт, а ведь она наверняка не единожды тут бывала, если брать во внимание то, каким влиянием обладал её отец. И чего мужику спокойно не жилось? Всё ведь имел, ан нет…
— Иногда лучше перебдеть. — Главный гвардеец на посту удостоил нас лишь поверхностным взглядом, прежде чем дать отмашку своим. Тем не менее, прямо сейчас за нами наблюдали посредством множества камер в самых разных спектрах, а двойка псионов, скрывающихся в двух наполовину подземных помещениях, удостоверились в том, что мы ничего не скрываем и визуальных искажений вокруг нас нет. Как? А очень просто: они создали свои, отчего на секунду вокруг нас поплыл воздух.
Знали бы они, насколько я в этот момент напрягся и что мог бы сделать — не поленились бы предупредить, что и как будет происходить.
— Обер-комиссар Ворошилов, проводник ждёт вас у третьего входа. — Отрапортовал появившийся из ниоткуда, никак не ощущающийся телепатически мужчина в функциональной армейской форме, включающей в себя фуражку «а-ля» комиссарская, крепкие сапоги с высоким голенищем и пояс с кобурой, в которой покоился известный мне по изученным ранее документам крупнокалиберный пистолет, предназначенный для стрельбы спецбоеприпасами. Не только за рубежом умели делать пули с интересной начинкой.
— Благодарю, поручик. Что-то ещё?
— Никак нет. Прошу простить… — С этими словами «поручик » удалился, бросив на меня вроде бы и заинтересованный, но напрочь лживый взгляд. Кем бы не был этот мужик, но силы и навыков в нём выше крыши, и обвести вокруг пальца он так сумеет разве что не слишком чувствительных или просто невнимательных гостей-псионов.
— Если тут такие поручики, то боюсь себе представить, насколько пугающи офицеры-псионы чином повыше. — Усмехнулся я, когда «поручик» удалился достаточно далеко для того, чтобы нас не услышать. И тем не менее, его спина напряглась, а голова чуть дёрнулась, словно он хотел повернуть её, чтобы слышать получше. Что б я так слышал — был бы в курсе всех слухов на деревне! — Я, может, глупость спрошу, но это не к моему прибытию тут всё так насытили псионами? Не верится, что каждый день их на дежурстве столько, сколько по всей Москве, наверное, не сыщешь…