Митяя очень выручило в строительстве лодки то, что у него имелся приличный запас сухого леса, пусть и кругляка, но ещё больше — помощь Тани. Девушка обладала большой физической силой и уже многому научилась. Она даже не боялась брать в руки бензопилу и обращалась ко всем трём по именам, сначала спросив Митяя, как он их называет. Почесав затылок, ведар ответил своей ведане, что Старшая Макита, Младшая Макита и Макиточка. Генератор поменьше они называли Хондочкой, а тот, что побольше, уважительно Хондаком.
После лодки, которую они построили всего за месяц, Митяй вместе с Таней навалился на П-образный составной понтон, недоумевая, как это раньше ему не пришла в голову такая простая мысль. Два боковых понтона он изготовил полностью из липы и пихты длиной в семь метров, шириной в полтора и высотой в шестьдесят сантиметров. Третий, носовой, с треугольным носом, получился хотя и широким, но довольно лёгким. Два боковых понтона были прикреплены к переднему понтону и задней широкой и массивной рейке намертво, образовав жесткую конструкцию. Собранный воедино, понтон опускался вниз под своим весом на стальные, откидывающиеся вниз мощные кронштейны и прикреплялся к ним болтами, а поднимался вверх по четырём направляющим с помощью лебёдки и установленной на машине мачты, проходящей сквозь крышу в будку, после чего опирался на выдвигающиеся дубовые брусья. Бедная Шишига из-за этого превратилась в какое-то чудовище, но тем не менее продолжала бойко ездить, хотя и обзавелась ещё и длинным хвостом, то есть гребным колесом сзади, вращающимся запасным мотором Ижика. Делать деревянный гребной винт Митяй побоялся, будет слишком уж ненадёжным.
Поэтому, сняв заднюю дверь будки, Митяй собрал на болтах из стальных поковок поворотную конструкцию с вилкой на конце и установил на ней запасной ижевский двигатель и звёздочки с цепью. Ведомая звёздочка приводила в движение специальное колесо-шкив, соединённое со сдвоенным гребным колесом со стальными плицами хорошо просмоленным приводным ремнём, свитым из верёвок, кожаных ремешков и тонкой стальной проволоки, почти текстропным. В воду металлическое гребное колесо, обладавшее свойствами руля, опускалось под своим весом, и Митяю предстояло теперь выполнять роль противовеса и одновременно рулевого. При съезде в реку колесо спокойно катилось по берегу, потом Митяй быстро перебегал по понтону в будку, заводил двигатель, и водоплавающая Шишига уверенно плыла вперёд. Чтобы видеть, куда он плывёт, Митяй, пожертвовав на святое дело один из последних пяти листов стекла, сделал в передней части будки ещё одно окно и мог теперь видеть через лобовое и заднее стекло кабины хоть что-то. При желании он мог спокойно переплыть любую реку, был бы с собой запас бензина и соляры. Во всяком случае, Марию он форсировал на Шишиге без особых хлопот, а эта река несла свои воды с довольно большой скоростью, но тем не менее, спустившись вниз по течению всего на три километра, Митяй вскоре направил машину к пологому берегу и даже выехал на него правым передним колесом, после чего перебежал по понтону в кабину и весьма удачно, не повредив ни понтона, ни гребного колеса, выехал на берег.