Ничего не произошло. Скорее всего и Катерина, и ее компаньонка, к слову, довольно странная особа, показавшаяся Рейну неприятной, сейчас спали и видели сны.
Был ли кто-то еще в доме, Риверс не имел ни малейшего представления, но очень сомневался, чтобы Катерина могла содержать большой штат прислуги. Возможно, были приходящие повар и горничная, и не более того. И все же, граф продолжал идти, скрадывая шаги.
Когда он достиг лестницы, дом по-прежнему казался пустым и безлюдным, но едва мужчина ступил на ковровую дорожку, как услышал этот звук.
Звук был неприятным, словно кто-то уронил на мраморный пол острые осколки, или рассыпал гвозди.
Цок-цок…
Рейн застыл, всматриваясь в темноту коридора, уже подозревая, что не все будет так просто, как он надеялся.
Он сделал еще один осторожный шаг, усилив магию, скрывающую его от взглядов, когда звук повторился, прозвучав ближе и громче.
Цок-цок…
Граф поднял голову и устремил взгляд в темноту. Секунда и ему показалось, что тьма там впереди шевельнулась, ожила. Не вся, а часть.
Рейн прислушался к своим ощущениям, усиленным магией, и задержал дыхание, ощутив кого-то постороннего. Кого-то, кого в доме по определению просто не могло быть!
«Вот же…!» — только и успел подумать мужчина, когда тьма вспыхнула яркими огнями. Их было два: красных, злых, нечеловеческих.
Рейн успел отпрыгнуть в сторону, когда прямо на него из коридора вылетело чудовище. Граф успел разглядеть мелькнувшие огромные лапы, длинное тело и морду, оскаленную острыми клыками. Но страшнее были глаза, жуткие, горевший жаждой крови.
«Вот почему Катерина спокойно живет в доме и никого не боится, — промелькнула мысль в голове графа. – И дело совсем не в тихом городке, где каждый знает друг друга, нет!»
Риверс развернулся лицом к твари, которая, упав на широкие лапы, уже повернулась к нему всем огромным телом. Оборотень был черным, как ночь. Вот почему я не заметил его сразу, понял Рейн.
Он сетовал на себя за то, что не почувствовал оборотня. Стоило быть внимательнее, и размышлять о важных вещах, а не витать в облаках, сказал себе мужчина.
Оборотень раскрыл пасть, ощерился жуткими клыками и тихо, предупреждающе, зарычал.
«Все оказалось не так просто, как я надеялся» — понял Риверс и приготовился защищаться.
Он застыл, рассматривая чудовище. По рукам струилась магия, концентрируясь на кончиках пальцев, собираясь для удара. Чудовище припало к земле и зарычало, словно самый обыкновенный волк. Прижав уши к лобастой голове, оборотень подобрался для прыжка и секунду спустя взвился в воздух, целясь в горло незваному гостю.