У гражданки Тихой глаза стали размером с блюдца, а сама она достала мобильный и стала кому-то звонить.
Судя по недовольной моське и тому, как она сморщила носик, — не дозвонилась.
Я же медленно прошел в комнату, взял бумаги и сунул их под нос Рюмочкину.
— Вот, сюда смотри, вот паспорт, на фото я, одно лицо, видишь? Алиев Дамир Муратович. Блондиночка, я Дамир, приятно познакомиться. Так, смотри дальше, вот тебе договор купли-продажи, вот акт сдачи объекта, а вот договор с банком на ипотеку. Моя это квартира, я тут законно проживаю.
— Регистрация в другом месте, — листая мой паспорт, умничал Рюмочкин.
— Вай мэ, как сложно жить, когда в голове изюм, — закатил я глаза. — Говорю тебе, вчера переехал, не успел адрес регистрации сменить.
— По закону…
— Завтра поменяю, мамой клянусь, — пообещал я. — Еще вопросы есть?
— Один проживаете? — уточнил Соболев.
— Адын, савсэм адын, — косясь на красную как мак блондиночку, ответил я.
Красавица переминалась с ноги на ногу и прятала глаза, все время пытаясь до кого-то дозвониться.
— Всего хорошего, — пожелал мне лейтенант, возвращая документы.
— И вам не болеть, — кивнул я.
Двое из ларца как по команде развернулись и ушли, а я остался в компании девчонки.
Я уперся руками в косяк двери и насмешливо смотрел, как она сопит. Кажется, девчонка готовилась к побегу, но совесть не позволяла.
— Оригинальный подкат с ментами, надо запомнить, — подмигнул я. — Ну, заходи, красивая, знакомиться будем.
— Не хочу я с вами знакомиться, — испуганно отшатнулась она.
— Красавица, давай на «ты» перейдем, мы с тобой уже слишком близко знакомы. Я свой паспорт даже девушке бывшей не сразу показал, а ты молодец, сразу глянула, что не женат, да?
— Меня тетя Света просила за квартирой присмотреть, вот ее номер, мне не сказали, что она продана, а сегодня кто-то топал над головой, вот я и испугалась, вдруг воры или оккупанты какие, — оправдывалась она, но как-то по тону было непонятно, то ли извиняется, то ли наезжает.
— Ну, хвалю за бдительность, рядовой Тихая, еще немного подучишься и будешь главбабкой на районе. Мимо тебя ни одна мышь не проскочит и даже комар не пролетит. Бдительность наше все, — хмыкнул я.
Мне нравилось, как она виновато краснела.
— Тебя как зовут-то? — поинтересовался я.
— Варвара! — задрала она нос повыше. — Прости, что так получилось.
— А это ты бывшей хозяйке звонила, пока я тут с товарищами из ларца беседовал?
— Ей, — призналась Варвара, — но она трубку не берет. Правда, прости, я…
— Заходи? — предложил я, — у меня есть чай.
— У меня тоже есть чай, — фыркнула она, — прими, пожалуйста, извинения, и я пойду.