Когда силы меня, оставляли я спал, спал долго, без сновидений… Так повторялось раз за разом до тех пока я не проснулся поздно ночью и в бессилии посмотрев на звезды, только выпустил облачко пара из своих покрытых шрамами губ. Чувствуя новый прилив сил, я только усмехнулся, такое бывает только перед смертью, но это не значит, что этим нельзя воспользоваться…
Решительно встав на ноги, я пошел по той же горной тропинке, а затем она неожиданно кончилась, а я только отмечая разумом, что нахожусь в свободном падении, уже ничего не мог сделать… Чтобы хоть как-то спастись от всепоглощающей тьмы, в которую упал мой разум.
Спокойною походкой седой старец в белых одеждах шел по узкой тропе в одном лишь ведомом ему направлении. Даже, несмотря на горные ветра, дующие между горных хребтов, одежда на нем не развевалась, словно она была неподвластна физическим законам.
Затем старец замер и прислушался, ветер до него донес присутствие живого человека… Однако откуда человеку взяться в пустынных горах Южного Тибета? Ответа старец не знал и отправился ведомый ветром, чтобы узнать, кто и как здесь оказался.
Вскоре он нашел этого человека. Им оказался мальчик лет пятнадцати, нетипично светлый для коренного китайца, да и черты его лица выдавали кого угодно, но не азиата. Осмотрев расщелину, старец кивнул, скала под его ногами несильно задрожала, расщелина начала затягиваться, поднимая мальчика вверх на небольшой каменной плите. Едва движение каменной породы прекратилось, старик подошёл к мальчику. Перевернул его на спину и только покачал головой, состояние мальчика было ужасающим, губы потрескавшимися от недостатка воды, ребра, что были видимы через прорехи изношенной одежды, можно было пересчитать…
— Откуда же он здесь взялся? — ни к кому конкретно не обращаясь, поинтересовался старик.
А затем, по-старчески проскрипев, опустился на колени перед мальчиком, чтобы возложить руки на грудь, что сразу же покрылись дымкой бесцветной энергии, заставляя воздух дрожать. Через некоторое время мальчик закашлялся и чуть приоткрыл глаза, чтобы практически сразу же впасть в беспамятство.
Старик же, закончив передачу энергии, приподнял голову мальчика, а затем, достав фляжку воды, добытую из-под халата, принялся осторожно поить мальчика, касаясь горлышком потрескавшихся губ. Однако, почувствовав спасительную воду, мальчик сделал лишь несколько быстрых глотков и сразу размяк.
Старик, недолго думая, убрав флягу, поднял мальчика на руки, а затем с места, поднимая за собой небольшие камни, побежал на юг, к видневшейся внизу долине.