— Много чего, товарищ оснаб. В первый день он сумел продавить защиту и выморозить насмерть начальника отдела капитана Рогова…
— Твою дивизию! — громко выругался генерал-лейтенант. — Кто виноват?
— Похоже, капитан Рогов недооценил арестанта, — поделился догадкой с высокими «гостями» Засядько. — Буквально перед вашим приездом мы со старшим лейтенантом Егоровым попытались замерить его резерв…
— И каков результат? — полюбопытствовал оснаб.
— Силомер перегорел — не выдержал нагрузки! — нервно хохотнул майор. — Измеритель просто зашкалило! Если бы не стопор — стрелка вращалась бы как самолетный пропеллер!
— Господства? — тихо, сам себе по нос, произнес Петр Петрович. — А то и уровень Престолов[1]…
— Вы о чем, товарищ оснаб? — переспросил, не расслышав, Засядько.
— На такой выброс Силы способны сущие единицы.
— Ну, и я о том же! — обрадовался майор, что мысли оснаба совпадают с его собственными. — Наркомовский уровень же!
— Почему сразу не доложили? — нахмурился генерал-лейтенант. — Ждали, когда он вам и тут все в труху разнесет?
— Так это минут за десять до вашего приезда произошло, — ответил Станислав Борисович. — Просто не успели сообщить…
— Ох, допрыгаетесь, черти! — Погрозил майору пальцем Медведев.
— Виноват, тащ генерал-лейтенант! — подпрыгнул со своего стула Засядько. — Но все согласно действующим инструкциям и приказам!
— Ладно, садись на место, майор, — добродушно проворчал генерал-лейтенант. — Не мельтеши! Тебя пока никто ни в чем не обвиняет!
— Так и мы его спеленали — будь здоров! Около десятка индивидуальных блокираторов, клетка Кюри, и до кучи защищенный каземат!
— Ого! — воскликнул Медведев. — Десяток индивидуальных блокираторов — это сила! Кто это у вас такой бесстрашный?
— Старший лейтенант Егоров, товарищ генерал-лейтенант! — не стал лукавить Станислав Борисович. — После трагического случая с капитаном Роговым, он решил перестраховаться с защитой.
— В нашем деле много защиты не бывает! — одобрительно загудел Никифор Васильевич. — Напиши-ка ты на него, майор, представление по всей форме. Таких ответственных товарищей не грех и поощрить.
— Так точно, товарищ генерал-лейтенант, сделаю!
— Какие еще заметили странности? — продолжил расспросы Петров.
— Да он весь одна большая странность… На редкость подозрительный дедок! — воскликнул майор. — Понимаете, он даже в самых простых вещах не разбирается…
— Например? — заинтересовался оснаб.
— Я его Сенькой старорежимной обозвал, — поделился наблюдениями Станислав Борисович, искоса поглядывая на Петрова, — так вот он, представляете, меня спросил: а кто это? Да у нас любой шкет трехлетний на этот вопрос без заминки ответит! А еще, когда старший лейтенант Егоров этому деду немного здоровье поправил — есть у лейтенанта задатки Медика, — пояснил майор, — так вот контрик этот долго удивлялся, как будто Силовиков-Медиков никогда в жизни не видел! Педиков, говорит, по телику видел, их часто где-то у него по телевизору показывают, а вот о Медиках и не слышал никогда!