Что касается Клейна, то у него были другие мысли.
«Итак, мисс Справедливость — дочь Эрла Холла. Неудивительно, что она так богата. Неудивительно, что она никогда не торговалась…»
«Граф Холл — один из лучших банкиров королевства. Он самый влиятельный член парламента Палаты лордов и один из наследственных пэров. Его богатство намного больше, чем у барона Синдры…»
«Даже если мисс Справедливость не сможет унаследовать аристократический титул и родовое поместье, богатство, которое она унаследует, составит не менее ста тысяч фунтов…»
«С ее внешностью, рождением и характером она действительно лучший выбор для брачного партнёра из королевской семьи или влиятельных дворян.»
«Однако то, как она постоянно покупает мистические предметы, не похоже на человека с состоянием всего в несколько сотен тысяч фунтов… Она может требовать это от своего отца? Я бы тоже хотел иметь такого…»
Среди своих бурных мыслей Клейн с улыбкой ответил на предупреждение Мачта: — Я слышал о различных слухах о мисс Одри. Только сегодня я понял, что они не так уж и преувеличены.
— К сожалению, я не принц и не наследник герцога, маркиза, виконта или графа. Иначе я тоже был бы одним из ее преследователей.
Он намекал на то, что знает свой статус и положение.
Мачт не стал продолжать эту тему и начал представлять Дуэйну Дантесу различных гостей, которых он знал. Он действительно ввёл его в высшее общество. Разумеется, наибольшую поддержку в этом оказала Церковь Вечной Ночи. Без благотворительного вечера, который они устраивали для фонда, у Мачта не было бы возможности познакомить Дуэйна Дантеса с таким количеством почтенных людей.
«Маркиз Локент, граф Гросс, виконт Лавленд…» Аристократические верующие в Богиню по отдельности обменивались любезностями с Дуэйном Дантесом с довольно доброжелательным отношением.
Не успел Мачт закончить с представлениями, как в зал вошёл старец.
Он был одет в чёрную рясу священнослужителя с красными акцентами. На груди у него висели пять темных священных эмблем. Он был чисто выбрит, а его глаза были глубокими, темными и спокойными.
Все, включая графа Холла, повернулись лицом к старцу и почтительно поклонились.
— Добрый вечер, Ваша Светлость.
Этим старцем был не кто иной, как Святой Энтони Стивенсон, один из тринадцати архиепископов Церкви Вечной Ночи!
Он был ответственным за епархию Бэклунда и входил в высшие эшелоны Церкви в истинном смысле этого слова.
Когда Клейн увидел архиепископа, его тело и разум непроизвольно задрожали, и ему было трудно это скрыть. Как будто он в молодости наткнулся на могилу на неосвещённой деревенской тропинке.