— Ну что встали? Давайте шевелитесь!- прикрикнул на нерасторопных слуг Федор, сам же первым делом прошмыгнул в «Пристань», проследить за тем какое место и что подадут его господину, мне то есть.
Да, мой камердинер по всем параметрам незаменим в своем деле, повезло, что он у меня такой. А сначала то я и не думал, что такая, казалось бы, невзрачная работа может оказаться столь нужной. Ох, не зря государь в недалеком будущем выпустит Табель о рангах. Надо, кстати говоря царя как-нибудь подтолкнуть к сему действию побыстрее, главное самому не забыть что говорить отцу.
— Никифор!
— Да, господин?- тут же появился из дверей обеспокоенный камердинер.
— Пусть приготовят письменные принадлежности, пока будут готовить нам есть, я поработаю немного,- попросил я его.
— Сию минуту господин.
Бояре с некоторой озабоченностью глядят на меня, ведь я уже давно не тот, что был два с половиной года назад и многие до сих пор этого не поймут, привыкнув видеть во мне только слабого послушного воли отца наследника, богомольного и постоянно боящегося. Да, именно так, но все меняется и даже такой «неженка и слабак» как царевич может кардинально измениться. Жаль только простора маловато, хотя и несоизмеримо больше чем ранее. Впрочем, все еще впереди, главное пока набросать основные мысли, иначе забуду все. Пора блокнот заводить и ходить с пучком перьев вкупе с чернильницей-непроливашкой.
«Да, вытравливаю я в себе дух путешествий, определенно вытравливаю и никуда от этого не деться, как не старайся! Разве что пустить дела на самотек, но совесть не позволит, себя то я знаю,- с некой грустью подумал я».
— Ваша светлость смотрите!- Борис с озабоченностью указывает в стороны улочки, как раз туда где мы были пару минут назад.
В указанном боярином месте разворачивалась печальная картина. Пара десятков людей облаченных в черные плащи, скрывающие лица за полумасками долбили в массивную дверь одного из двухэтажных домов ручным тараном, которым военные вышибают двери особо прочных комнат: кладовых или оружейных.
Сверху на них из окон посыпались горшки с цветами, и тут же за ними мелькнула ручная граната, как в замедленной съемке падающая на голову одного из нападающих. Фитиль гранаты медленно догорал, белый дымок, исходящий от шнурка, неровной спиралью ввинчивался в воздух, оставляя после себя маленькое блеклое облако.
Увидев, какой сюрприз упал на одного из своих товарищей, нападающие рассыпались в стороны, оставив лежащего без сознания соратника рядом с бомбой в надежде укрыться от столь опасного снаряда. Но куда можно спрятаться от осколков разорвавшейся бомбы на ровной улочке, причем не такой уж и широкой, как, наверное, хотелось бы нападающим. Мостовая чуть дрогнула, в небо полетели комья земли смешанные с мелкими камнями, расщепленными от булыжников улицы взрывом гранаты.