— Да, да, Герман Сильвестрович, — быстро и испуганно проговорил Киреев, снова нервно поправляя очки на вспотевшем носу. — Но тут дело такое… Меня затаскали по Следственному комитету, постоянно вызывают на допросы. Сотрудников моих уже всех опросили, документацию изъяли полностью. Меня могут отстранить от работы, бог знает ещё какие санкции… Понимаете? Это ведь всё из-за того, что я покрывал ваши дела… И этот Савченко… Он убил моего врача, теперь он в розыске. Они установили его личность, наверное, пробили пальчики. Я не знаю как, но теперь всё выяснилось.
Он говорил торопливо и сбивчиво, слова срывались с его губ, как листья с деревьев в ненастье, под шквалистым ветром. Казалось, сейчас этот ветер поднимет и ручку со стола, и сам стол, и идиота-доктора…
Валет мрачно и тяжело смотрел на него, и ни капли сочувствия в его глазах не отражалось.
— Я, конечно, отрицаю, что знаком с Савченко, — продолжал Киреев жалобно. — Говорю, что это был обычный пациент, который просто за деньги захотел лежать инкогнито. Я же врач, я помогаю людям… Но никто не верит. Как мне после этого работать, с кем — а может, даже и посадят за соучастие… Понимаете?
— Я-то чем тебе помогу? — грубо перебил его Валет, едва сдерживая раздражение.
— Ну, у вас же связи, положение, деньги… — почти шёпотом начал мямлить Киреев.
— Мои связи сейчас трогать нельзя, ты понимаешь это своей куриной башкой? — Валет раздражённо цыкнул. — Я баллотируюсь в мэры. Любое дуновение ветерка — и эта чёртова избирательная комиссия найдёт, до чего докопаться и снимет меня с гонки. Совсем, бл*дь, обнаглели со своими проверками!
— Да-да, я всё понимаю, — пролепетал доктор, — но и вы поймите меня. Я долго этих допросов не выдержу, кто-то из сотрудников точно расколется. Я решил… В общем, я уезжаю в Израиль. Сворачиваю тут практику и открою там новую клинику.
— Скатертью дорожка, Лёня, — хмыкнул Валет и снова глотнул коньяку. — Ко мне-то чего припёрся? Услышать пожелания счастливого пути?
— Нет, ну… Мне кажется, Герман Сильвестрович, — еле слышно промямлил Киреев, — я заслуживаю некоторой компенсации. Нет-нет, не поймите неправильно, я вовсе не шантажирую. Да кто я такой, чтобы вас шантажировать… Просто мне нужно открыть практику там, а здесь у меня счета закрыть нужно, это дорого стоит. Может быть, в качестве благодарности… Простите еще раз…
Валет окинул его внимательным и насмешливым взглядом, удивлённо приподняв бровь:
— Погоди, тебе бабки, что ли, нужны?
— Ну, можно и так сказать, — доктор снова виновато закивал, явно чувствуя облегчение от одного того, что его поняли. — Если можно… Простите…