Тимур открывает один глаз, смотрит на сына, потом резким движением хватает его и начинает
щекотать. Марк визжит от восторга.
И вот мы все вместе — шумные, веселые, немного взъерошенные после сна. Наша большая,
любящая, немного хаотичная, но такая счастливая семья.
— Знаешь, — говорю я Тимуру, — когда три года назад я узнала о беременности, я думала, что
моя жизнь такая неопределенная.
— А теперь?
— Теперь кажется, что ничего определеннее в моей жизни не было.
Он улыбается, целует меня, и наши дети закатывают глаза, но при этом улыбаются.
Потому что они знают. Знают, что их мама и папа любят друг друга. И любят их. Всех.
Безусловно и навсегда.
И это — самое главное.