«И пусть лежат, — мрачно думал Петя. — Их время ещё не пришло. Ещё два года, после чего я найду им применение. Лишь бы мало не было».
— Не переживай, такого удовольствия я тебе не доставлю, даже не надейся, — фыркнул Петя. — Нам еще много с тобой нужно сделать.
— Да пошёл ты! — заорал дух, утробно рыча в спину Полозову, который на крик и шипение духа даже не соизволил повернуться, понимая, что в этой словесной баталии последнее веское слово осталось-таки за ним. — Я выпью тебя щенок! Когда-нибудь я тебя выпью досуха.
— Захлебнёшься, — мрачно пообещал Полозов, заводя пароцикл. — В очередь, сукины дети. В очередь.
Когда в ночи зарокотал двигатель, осветив светом фары темноту, Полозов плавно выжал ручку газа, не обращая на яростный крик Феофаныча за спиной.
Духу ещё вечность здесь кричать будет.
Пусть привыкает.
Сказанное графом Суворовым больше походило на чей-то изощрённый мистический вымысел, чем на правду. Ну вот кто в здравом уме поверит, что эту самую загадочную Алису, которая внезапно появилась, аки чёртик из табакерки, мог обучать менталист, ушедший из мира живых более двадцати лет назад?
Нет, в то, что девушку, теоретически, мог натаскивать дух, Захар Андреевич вполне верил, поскольку мистики в империи имелись, как и многочисленные свидетельства того, что помимо жизни реальной существовала ещё и другая — по ту сторону кромки, отделяющая мир живых и мир мёртвых.
Вот только всё равно поведанное Суворовым звучало весьма бредово, чтобы на полном серьёзе разрабатывать эту версию.
Всем давно известно, что любой дух, даже будучи самым порядочным человеком при жизни, после того, как попадал на другую сторону бытия, необратимо изменялся, полностью лишаясь качеств, которые отличали человека от потусторонней сущности.
Сострадание, доброта, самопожертвование, любовь…
Всё это навсегда исчезало.
Оставалась лишь злоба, ненависть, голод и все те качества, которые теперь были больше присущи безжалостному кровожадному зверю. Очень умному, подлому, обладающему людским извращенным интеллектом зверю.
И если подобное существо и могло зачем-то попытаться передать часть своих знаний трёхлетнему ребёнку, то только под присмотром сильного и опытного мистика, который не только смог бы сдержать ярость духа, но и растолковать «ученице» то, что пытался на пальцах донести подобный «наставник». В идеале, необходимо ещё присутствие менталиста, который подстроит систему обучения, учитывая возраст и способности обучаемого.
Почему нужно растолковывать на пальцах? Да потому, что после ухода за кромку ни один маг больше не может обращаться к той силе, которой владел при жизни. Ни один, даже самый могущественный. Ни к какой силе, даже к родовой.