— М-м… церковный хор от нежити, будисские манты от лярв… ага, вот, нашла.
Эстель захныкала и опустилась на колени. Из слияния с локацией её просто выбросило. Но она уже брала себя в руки и усиливала сопротивление.
Шум уже слышался так, что его было сложно не заметить. Голоса друзей начинали тонуть в нём.
Затем плохо стало уже мне. Голова закружилась и появилась тошнота. Но я сопротивлялся. Создать гибрид, питающийся метановыми миазмами не получалось. В конце концов я вернулся к первоначальной задаче — просто пробить лишнюю стену, и посадил на стене несколько небольших кактусов, растущих на камне.
Те вскоре начали под воздействием обновления и текущей в них силы жизни, отхватывать больше пространства и проникать корнями вглубь конструкции стены.
Процесс шёл быстро, но неприятности приближались ещё быстрей.
Когда уши начали невыносимо болеть, и на лицах товарищей застыла мука, наконец, пришло спасение. Сразу два спасения, если точнее — стена наконец-то обсыпалась, пропуская нас дальше. И в этот момент заиграла музыка.
Заиграл тяжёлый гитарный риф, раздался бой барабанов и подключился голос. На всю локацию с бешеной громкостью заиграл тяжёлый рок. Подключился рычащий гроульный вокал, перекрикивая белый шум.
И как ни странно, это помогало. Тошнота и головокружение отступали. Уши продолжали болеть, да и башка начинала. Но теперь уже просто от шума.
Мы шагнули в другую локацию по ту сторону стены. Миазмы всё ещё соответствовали ожидаемым, если не считать шум.
Дизайн локации — некие безликие каменные катакомбы и локация тюрьмы. Металлические решётки на камерах, общая мрачность и серость помещения.
По полу стелилась хищная тьма, но её прорезал луч ионитового света с дронов.
Рейн помог Эстель. Та шла с трудом, опираясь на него.
В глазах Альмы пылало тёплое пламя её гибридной стихии — аалорн обновляла бафы на волю, одновременно поддерживая ауру чистоты — вторым миазмом здесь были вирусы.
Тёмная локация окрасилась в алые краски. Над потолком клубился ещё один миазм, но его природу я пока не знал.
Сайна взяла меня за руку, и я почувствовал, как она пытается срастись со мной.
— Да, это был аномальный шум. Но если его заглушить более громким звуком, он безвреден. Под потолком миазм… плоти, назовём его так. Он превращает всю органику в паштет, принцип я не знаю.
Альма подняла левую руку повыше. Посох в правой подсветился чуть ярче, и аура чистоты расширилась кверху.
Кусочек алой дымки обсыпался чёрными песчинками пепла.
Всё-таки микроорганизмы, проходящая под свойства обеззараживающей ауры…