— Теперь быстро идём наверх, — передал я команду, и ещё до того как вернуть себе человеческий облик, протянул наверх деревянную лестницу из корней.
…
Спустя двадцать минут мы пытались отдышаться этажом выше.
Мы успели покинуть этот ад вовремя — вскоре снизу дохнуло жаром, будто из глубин адской бездны.
Некоторое время мы ничего не говорили. Все обдумывали путь и приходили в себя.
Со смертельным миазмом мы разминулись можно сказать в последний момент. Пришлось сильно поторопиться, и хорошо, что часть группы заранее ушла в убежище.
Наконец придя немного в себя, я посмотрел вниз. Температура ослабевала. Огненный миазм тоже уносился прочь, и прямо под нами потекла чёрно-лиловая вязкая и медлительная дымка из мёртвой магии.
Я громко вздохнул.
— Ну нафиг такие приключения. Можно я лучше перепройду Мракрию?
— О, отлично, Арк, мы возвращаемся наверх, крафтить арты, ходить по терминалам и дальше по списку?
— А как же догнать и наказать негодяев?
— Ой всё! — всплеснула руками механистка. — Нам в любом случае нужно закупить новое оборудование. Я сегодня узнала кучу всего нового о миазмах!
— Я рад, что тебя так захватила эта тема. Как по мне, «нового» было слишком много. И… нужно будет подумать над средствами защиты для большего числа участников. Если внизу есть агрессивные ланцеты, возможно придётся ещё и сражаться.
Новость эта никого не порадовала. И даже не из-за миролюбия. Что-то вроде боевого скафандра было только у Сайны, но она механист, ей по классу положено. Собрать подобное можно попытаться, конечно, но это вроде как сплав нескольких разных костюмов и её доработка. От изначальной селенитской брони там очень мало осталось.
Плюс добывать селенитские запчасти или искать их аналоги — отдельная морока.
То, что существовало в свободном доступе на рынке и подходящее для наших целей в плане защиты от агрессивной среды — локации космических рас, и костюмы больше исследовательские, чем боевые.
Боевые тоже были. Но у них было предназначение для планетарных сражений, в лучшем случае — космического абордажа или работ в космосе. Но никак не для прохождения сверхагрессивной среды.
На душе стало паскудно. Будто я упёрся в непреодолимую преграду. Захотелось разрыдаться… А затем взгляд упал на клубы миазма под нами и на лица товарищей. Все в той или иной степени выглядели так, будто готовы выть от тоски и бессилия.
— Альма, накинь-ка пламя, — попросил я аалорна. Она единственная среди нашей компании не проявила никаких эмоций по отношению к этому кислотному облаку.
Мрачная, утопавшая в тёмно-зелёных и фиолетовых цветах локация озарилась огоньком радости и надежды.