И поименованы те осерёдки Ханаанскими, ибо Хан, и эдемскими, ибо пречудные животные и диковинные птицы, великолепный парадиз и цветы, и истекают чисточные певающие изворы.
Но яростный Тот, кто Имя, через века, рёк кумирникам, что сю эдемскую чищобу он обетовал для всевечного присноблаженства еврейцев — приплода набольшого сынищи безгреховного Воя с имечком Ним. А кумирникам достоит уйти, инако вся загибнут от карающей десницы его…
Теперь мне всё стало ясно!
Во время великого Потопа, ковчег праведного Воя наконец-то пристал к прекрасным островам — Раю с его чудесными животными, птицами, растениями и хрустальными источниками. Острова эти являлись верхушками ушедших под воду высоких Араратских гор и на них вместе со всеми выгрузились и два сына Воя со своими семьями — иудей Ним и язычник Хан, по имени которого те острова и были названы Ханаанскими. Потомки Нима молились Тому, кто Имя, а потомки Хана своим идолам. Но спустя много лет Тот, кто Имя вдруг сообщил, что этот Рай он обещал только иудеям, а язычники отсюда пусть проваливают куда хотят, пока он их всех не того…
А потом… в Рай с Материка явились атланты, как они сами себя называли, со своими Титанами и каким-то образом эвакуировали всех: язычников — потомков Хана, и иудеев — потомков Нима, к себе на Материк. Можно сказать спасли их всех от неминуемой расправы и гибели от руки Того, кто Имя. Как бы он их различал, если они уже и сами себя не различали, жили да жили себе бесконфликтно и толерантно, переженились все… Видимо атланты приплыли в Рай на кораблях. Да, были у них корабли, их деньги-то морские змеи подарили мне с кораблекрушений.
Остальное я уже знал… Титаны под управлением атлантов насыпали Сулойские горы, отгородив от основного Материка эвакуационную зону, построили нашим предкам Сулойскую дорогу и… исчезли. Куда? Почему? Когда? Об этом я надеялся узнать, когда наша маленькая экспедиция доберётся до Материка за Сулойскими горами.
А сейчас я находился в огромном полуразрушенном здании, заваленном мелкими осколками песчаника из которого оно когда-то было построено, и свитками, рассыпающимися от малейшего прикосновения. Похоже здесь была общественная библиотека, свитков было очень много.
Бумага, на которой они были написаны, что-то, типа, египетского папируса, испытания временем не выдержала. Слишком здесь было влажно, слишком долго эти свитки лежали почитай под открытым небом. Однако, если хорошо пошарить рукою в слое праха и пыли, можно было наткнутся на круглые кожаные футляры-тубусы, в которых находились свитки, сделанные не из папируса, а из пергамента — хорошо выделанной кожи каких-то животных. Сохранность этих свитков и текстов на них была великолепной! Такие футляры, если я их находил, я сразу откладывал в сторону, а после, читал, читал, читал!