— Не надо, мужики, — голос Гоблы был тихим и уверенным.
Лаки, вперив разъярённый взгляд в проводника, грозно приказал, не приемля отказа:
— Говори! Говори, или, Ганом клянусь, ни ты, ни он отсюда не выйдите.
— Убьёте нас — сами погибнете. Вам самостоятельно город не покинуть. Сейчас вы даже из этой постройки выйти не сможете, потому что вас тут же разорвут на куски. Мы не смогли оторваться, и притащили на хвосте парочку тварей, так что стоит вам покинуть укрытие, — Гобла нервно хихикнул, — и веселье вам гарантировано.
— Кто это? — указал дед на странного лекаря.
— Мой отец.
— Ни-ни-нихрена! Эт-то глот! — заикаясь, выдавил Гриня, поднимаясь на ноги.
— Ну да, — пожал Гобла плечами. — Есть немножко.
— У-у-убери его нахрен от-тсюда!
— Да поймите же, никто вас трогать не собирается. Не думал я, что так выйдет. Хотел по южному краю быстренько пройти, передохнули бы там в одном укромном местечке, да и через пригород ушли бы. Оттуда до деревни рукой подать, там тоже нора безопасная есть, день отдыха и ещё один переход до леса. Всё должно было быть быстро и чётко, как и всегда, но эта тварь решила нами пообедать, и сломала весь план. Вы себе даже не представляете, как сильно она изменила поворот истории. Всё должно было быть иначе, — Гобла вздохнул, сутуло сгорбив спину, опустил голову. Присев на край лавки, окинул всех глубоко печальным взглядом, и продолжил уже более тихим голосом. — Мы, глоты… Да, да, не смотрите так на меня, я тоже глот. Так вот, мы, глоты, делимся на две категории — на нормальных и на сдвинутых. Сдвинутых глотов вы видели, и это далеко не все их представители. Вариаций уродства очень много, но дело тут не только во внешности, но и в разуме. В поведении. Тут долго объяснять, скажу только, что одни держатся, как дикие животные, едят сырое мясо, не стесняются наготы, и вообще, ведут себя крайне скверно, вплоть до того, что пожирают друг друга. Но есть и другие, которые живут нормальной жизнью, воспитывают детей, читают книги, изучают историю предков и пытаются жить нормально, по-человечески, соблюдая свои законы и традиции. В вашем мире, мире людей, принято избавляться от необычного потомства, и даже если человек внешне вполне нормальный, но у него вдруг открываются странные умения, вы называете их проклятыми и устраиваете травлю и отлов с последующей сдачей Кардиналам, если, конечно, они доживут до этой сдачи, — Гобла иронично усмехнулся. — А у нас не принято убивать своих детей, какими бы они не рождались. Наши предки многие столетия жили в подземельях, и сейчас там живут, а на поверхность поднимаются за пропитанием. Вы топчете живую землю, не задумываясь о её ценности, а мы рискуем жизнями, чтобы натаскать её для посадки растений, проходя через пустыню туда и обратно. Мы охотимся на диких, но не для еды, а безопасности ради, а вот стрикунов и других, подобных им тварей, кушаем с удовольствием. Это основная наша пища, и мясо их очень вкусное, особенно, если повар умелый. Гриня, умоляю, не делай ты такие глаза! Да не едим мы людей, и даже сырым не питаемся, ну, только если нужда совсем прикрутит, а так готовим, так же, как и вы.