Он откинулся на спинку кресла, и то жалобно скрипнуло, приняв его вес.
— Если хочешь в Вязьму, есть два пути. Первый — имперский поезд. Ходит из Морозовска. Но билеты на него без дворянского статуса или специального разрешения купить невозможно. Поезд пускают через Большую Стену по особому охраняемому маршруту, так что пропускают на борт только дворян, высших чиновников да казенные грузы под охраной магов.
— А второй путь? — спросил я.
Червин вздохнул.
— Второй — идти своим ходом. По земле. Пешком, на лошади — как получится. Мимо Морозовска, дальше на север, через Большие Стены и территории Зверей. И не тех лесных тварей, что у нас в чащобах водятся. Речь о стаях, о прайдах, о существах, которым наши Звери как котята. Их от людских земель удерживают Большие Стены. Цепь укрепрайонов, фортов, застав, которые содержат и защищают дворянские кланы — это их прямая обязанность и их привилегия. Пройти через Стену без ведома гарнизона можно, но это невероятно сложно. А миновать территорию Зверей за ней… — Червин развел руками. — Это просто самоубийство.
Я услышал, как за окном, где-то вдали на мощеной улице, проехала самоходная повозка, шипя и позванивая металлическими деталями подвески.
— Другого способа нет? Вообще? — спросил, не собираясь отказываться ни от каких альтернатив.
Червин помолчал, постукивая подушечками пальцев по полированной столешнице. Ритм был медленным, задумчивым. Потом кивнул.
— Есть. Теоретически. Имперский грант для юных дарований.
Я насторожился.
— Грант?
— Да. Каждый год, летом, из волостных центров в уездные отправляют группы одаренных ребят. Тех, кто показал выдающиеся успехи в освоении Духа, в науках, в ремеслах. Их везут под охраной, на том самом поезде через специальные, охраняемые коридоры в территориях Зверей. Цель — поступление в элитные академии при уездных центрах. Вяземская Имперская Академия Наук и Искусств — это даже звучит внушительно. Попасть туда по гранту — значит получить легальный, охраняемый проход в Вязьму и шанс там остаться и учиться.
Я одобрительно кивнул. Звучало и правда очень удобно.
— Но на этот год ты опоздал, Александр. Учеба в академиях начинается в сентябре. А отбор по грантам, тестирования, заседания комиссий — все это проходит в июле. Все поезда уже ушли. Следующий шанс будет только через год.
Год. Вернее, девять месяцев до июля. Двести семьдесят дней ожидания, жизни в подполье Мильска, когда ключ от ячейки жжет карман, а шифр не дает покоя, вертясь в голове бессмысленной скороговоркой. Год, за который враги, те, что охотились за родителями, могут напасть на след.