— Постой, Сергеич, я хочу тебе показать кое-что? — Харитон перебил Александра, поднялся из-за стола и убежал.
Вернулся через несколько секунд и положил перед Александром два черных камня.
— Ничего не напоминает? — спросил он интригующе.
Александр взял один камень в руку. Он был легким, по сравнению с каким-нибудь горным минералом, понюхал его, ковырнул ложкой.
— Уголь?
— Точно, это уголь.
— Откуда? — Удивился Александр.
— Оттуда, откуда бил гейзер. Я думаю, вывернуло из каких-то слоев, прямо нам на голову.
— Это же замечательно! — Обрадовался Александр. — Только, как его достать, среди нас нет ни одного шахтера. Поликарп, ты случайно, не шахтер?
— Водитель.
— Я думаю, Сергеич, когда земля просохнет немного, сходить глянуть, какого размера там дыра и есть ли техническая возможность спуститься в нее. Стройматериала у нас много, вон, терем можно разобрать. Уж лучше его на оборудование шахты пустить, чем сжечь за одну зиму, если она будет, конечно. А мне для кузни уголь выгоднее, горит жарче и тепло держит дольше, да и печки в домах топить выгоднее.
— Если только он не на трехкилометровой глубине залегает, а то получится, телушка — полушка, да рубль перевоз. — Охладил пыл будущих шахтеров Гордей.
— Нет, конечно, тут и сто метров, глубина нереальная, особенно если дыра вертикальная. Если под углом, то еще куда ни шло. Да и надо время, чтобы понять, гейзер ушел навсегда или нет. Сами понимаете, быстро из такой ямы выбраться не получится.
На этом вечер закончился. Маленькая Евдокия расплакалась, и матери пришлось дать ей грудь. Народ понял, что пора расходиться по домам. Поликарп и Матрена остались в доме Александра и Аглаи. Мать с детьми уложили на кровать, остальные легли на полу, на чем придется. Александру было все равно, он привык спать где угодно и как угодно, а вот Аглая помучилась. Ее беспокоили то отлежанные бока, то капризы малышки. Утром ей пришла мысль, что заводить детей сейчас слишком преждевременно.
Утром, до завтрака, Александр рассказал о результатах экспедиции, продемонстрировав всем кусок ткани с нарисованными на ней важными отметками. Но больше всего народ впечатлила история про людоедов из колонии. Настолько, что женщины были готовы запретить мужчинам покидать Зарянку больше, чем на световой день.
— Давайте делать так, у нас теперь шестеро мужчин, трое могут ходить, куда угодно, трое стерегут городище. Два ружья остается здесь, одно берем в поход. — Предложил Александр.
С ним согласились. Все-таки не исследовать окрестности было бы неправильным решением.
Забава с благоговейным трепетом отнеслась к тому, что отцовское оружие снова оказалось у нее в руках.