— А теперь я хочу выпить за вас, Аня. Вы положительно влияете на моего брата.
— За тебя.
Робко поправляет меня девушка, и я коротко киваю ей в знак согласия.
Алкоголь быстро развязывает нам языки. И вот мы уже болтаем обо всем, начиная с ремонта и того, где лучше заказывать мебель, заканчивая «Опасными связями», которые идут в Моссовете, и которые мы хотим посетить.
И если мы вчетвером как-то играючи ловим одну волну и чувствуем себя так, будто знакомы не один год. То мама по-прежнему пребывает не в духе.
Улучив момент, когда Ника с Аней убегают к детям, потому что те за малым чуть не развалили горку под предводительством моего отца, она приближается к нам с Марком и рассматривает нас обоих с укоризной.
— Вы меня, конечно, расстроили мальчики. Одна Диночка радует.
К нашей сестре, действительно, нельзя подкопаться. Уравновешенная, она не позволяет себе лишних эмоций, никогда не спорит с родителями и является воплощением идеального ребенка.
Она никогда не отстаивает личные границы. Не обостряет конфликты. И пытается сгладить острые углы, которых достаточно в нашем с Марком поведении.
Только сегодня система дает сбой, и Вселенная растрескивается. Дина прибывает на праздник с приличным опозданием, безуспешно выравнивает заломы на кремовой юбке и прячет подозрительно покрасневшие глаза.
— Привет, Льдинка.
Я первым стискиваю сестру до хруста костей, соскучился, и успокаивающе веду ладонью по ее спине. Мама же впивается пронизывающим взглядом в ее переносицу.
— А где Димочка?
— Вызвали на работу, — споткнувшись, несмело сообщает Динка и жмется ко мне теснее.
— Неужели нельзя было взять отгул?
— Мам, ну ты же знаешь, органы…
Не слишком убедительно оправдывается Дина и выдыхает устало, когда мама небрежно отмахивается и удаляется встречать запоздавших гостей. Я же наклоняюсь ближе к сестре и негромко спрашиваю.
— Что у вас случилось?
— Поругались, — сипло роняет она и мнет свою многострадальную юбку.
— Почему?
— Это какое-то сумасшествие, Гордей, — привыкшую держать все в себе, Дину словно прорывает, и вот она уже лихорадочно тарабанит. — Внеплановые дежурства. Вновь открывшиеся обстоятельства. Допросы свидетелей. Планерки бесконечные. Я его дома почти не вижу.
— Ну тише, тише, маленькая. Это временные трудности. Все обязательно наладится.
Я с жаром заверяю сестру, но, если быть до конца честным, сам не верю в сказанное. Как бы сильно ни был занят мужчина, он обязан делать свою женщину счастливой. Точка.
— На. Выпей.
Всучив Дине бокал с шампанским, я упорно стараюсь ее растормошить. Засыпаю тупыми шутками, отвлекаю веселыми детскими воспоминаниями и даже вытаскиваю на танцпол.