Саор помрачнел.
— Тогда отказ используют против леди Тирс.
— Если пустим, они начнут собирать основания, чтобы увезти ее.
— Если не пустим, скажут, что Край скрывают состояние матери.
— Пусть говорят.
— Этого мало, лорд Край.
Сольвейг посмотрела на них обоих.
— Значит, нужны доказательства, что я имею право сама хранить ребенка.
Все замолчали.
Она поняла по их лицам: именно это никто не хотел произносить.
— Материнская линия Тирс, — сказала она.
Эрта опустила взгляд.
— Да.
— Храм будет искать в ней опасность. Мы должны найти право.
— Если оно осталось.
— Осталось, — сказала Сольвейг. — Иначе мой отец не писал бы письмо. Иначе печать не ответила бы на имя Тирс.
Черная печать вспыхнула слабым светом, подтверждая ее слова.
Тарвин заметил.
— В архивах дома Край могут быть записи.
Эрта резко подняла голову.
— Нет.
— Да.
— Ты не откроешь нижний зал ради…
— Ради нее, ради ребенка и ради того, чтобы Вильда Рош не получила храмовый повод забрать мать под наблюдение, — перебил Тарвин.
Эрта побледнела от злости.
— Нижний зал закрыт не потому, что нам лень вытирать пыль.
— Я знаю, почему он закрыт.
— Тогда помни лучше.
В комнате стало так тихо, что слышно было, как трещит белое пламя в чаше.
Сольвейг посмотрела на Тарвина.
— Что за нижний зал?
Он ответил не сразу.
— Архив погибшего рода. Туда перенесли то, что осталось после резни.
Эрта сухо сказала:
— Не архив. Могильник с бумагами.
— Там могут быть имена женщин Тирс.
— Там могут быть клятвы, которые снова потянутся к ребенку.
— Они уже тянутся.
Эрта сжала губы.
Тарвин посмотрел на Сольвейг.
— Это место неприятное.
— После Совета меня трудно удивить неприятными местами.
— Не говорите так, пока не увидели.
— Мне нужно увидеть.
— Не сейчас. Вы устали.
Сольвейг почти рассмеялась.
— Лорд Край, если каждый раз ждать, пока я перестану уставать, Вильда успеет вырастить моего ребенка, выдать его за своего и написать мемуары о материнской добродетели.
Нейра тихо прыснула и тут же зажала рот.
Эрта посмотрела на Сольвейг с явным одобрением, хотя все еще была против.
Тарвин помолчал.
— Хорошо. Но пойдем не все.
— Я иду с миледи, — сразу сказала Нейра.
— Нет, — ответила Эрта.
Нейра вспыхнула.