Внезапно его взгляд спустился вниз.
— Так, а это у нас что?
Он наклонился к моей юбке, а я увидела, как он поднял упавший мешочек с золотом, который прятался у меня под юбкой.
— Неплохо! — усмехнулся Мархарт. — Интересно, сколько здесь?
Дрожь в его руках прошла. Взгляд, который напоминал взгляд загнанного в угол зверька, ощетинившегося и готового бросаться на все подряд, внезапно прояснился.
Я смотрела на деньги, смотрела на него, запускающего руку в мешочек и достающего горсть золота.
Внезапно его плечи расправились. Дрожь прошла. В глазах прошла паника. Сейчас на меня смотрел прежний высокомерный Мархарт, словно и не было тех мгновений отчаяния и унижения.
— А ты, смотрю, приберегла кое-что на черный день! — сглотнул он, довольно похлопывая по мешку.
— Забирай и убирайся! Ищи свою потаскуху! Здесь уже был королевский дознаватель. И он искал тебя! Ты в розыске, Мархарт. На тебя объявлена охота! — с гневом бросила я, пока сердце сжималось при мысли, что он заберет все эти деньги.
Все мои деньги!
Те самые деньги, которые я отложила на свое будущее!
— Я знаю, — заметил он, пряча мешок под плащом. — Думаешь, я не в курсе? Или ты думаешь, что я еще сюда вернусь?
Он снова с деньгами. Прежний Мархарт. Удивительное свойство человека. Как только его рук касаются деньги, он начинает вести себя как король. Появляется блеск в глазах, лоск в движениях.
— И сколько здесь? — спросил Мархарт.
— А ты пересчитай, — ответила я.
«Пусть считает… Сообщи страже!» — послышался темный шепот в душе.
— Я знал, что ты без денег не останешься. Знал, что ты выкрутишься. Знал, — посмеивался Мархарт. Его тон, его походка, его манера держаться тут же изменились. — Такова твоя натура!
— И именно поэтому ты решил променять меня на бездарную певичку, которая только и умеет, что тратить деньги! — съязвила я, чувствуя, как в горле встает ком обиды. Деньги. Он забирает мои деньги… Ему мало того, что он ограбил меня, так он еще вытрясти из меня последнее.
Я подошла к столу, отвернувшись, словно изображая смертельную обиду.
Мархарт достал мешочек и стал рассматривать его содержимое. Я слышала, как позвякивают деньги.
Моя рука потянулась к бумаге. Глаза смотрели на чернильницу. Осторожно, чтобы не привлекать внимание шорохом, я стащила бумажку.
— Ты что? Продала коллекцию картин? Неплохо! — усмехнулся Мархарт за спиной. Я взяла в руки перо, а потом быстро написала: «Мархарт в своем поместье». И тут же нарисовала знак стражи.
Сжав бумажку в руке, я сунула ее в карман.
— Тут почти сто тысяч, — довольно произнес Мархарт. — Приличная сумма!