Парень до доктора явно не дотягивал, скорее студент-переросток и смотрел на меня так, словно обещала помочь ему в написании курсовой. И потому стетоскоп, висевший у него на шее, выглядел нелепо.
Девушка в халатике выше колен и платочке. С улыбкой 50-летней женщины работающей в дивизии морской пехоты и уверенной в том, что она гетеросексуальна. А в руках тот самый здоровенный шприц, какой видела у Акакия, с мутно жёлтой жидкостью внутри.
Ещё одна команда желающая продырявить мне задницу, хотя судя по ощущениям, обе ягодицы мне чем-то подобным уже расковыряли пока я валялась в отключке.
Взгляд юного доктора мне не понравился, какой-то страстно-чувственный, из чего сделала вывод, что тело Бурундуковой он успел разглядеть до того как на меня напялили балахон. Ещё один извращенец. И с чем пожаловал?
— Ну вот и очнулась наша пациентка, — заговорил он слащавым голосом приближаясь к моей койке, — ну и как сегодня себя чувствуешь?
И походка и голос выдавали в нём человека с вечным внутренним монологом, которого стремительный темп эпохи заставляет с ужасом смотреть на взрослую жизнь
Идеальный портрет персонажа — идиота, которого сделали для геймджема.
И руку протянул, чтобы сдёрнуть с меня простыню.
Совершенно ни о чём подумать не успела, сработал рефлекс. Ухватила указательный палец и резко вывернула наизнанку.
Чувак заорал и брякнулся перед койкой на коленки, благо место позволяло. Между мной и соседкой, девочкой лет 12 стояли две тумбочки.
Медсестра в платочке перестала улыбаться и испуганно отступила назад.
Ну вот не понравилась мне эта сладкая парочка со шприцом напомнившем «Кавказскую пленницу». Нечто подобное воткнули Моргунову в задницу. Так у нас габариты разные и какого с таким монстром приближаться к моей миниатюрной попке. И лекарство в стеклянной колбе смахивало на мочу бизона.
На всякий случай, чтобы доходчиво зашло в помутневшие сознания, сказала:
— Укол мне сделаете, руки переломаю и ноги выдерну.
Народ в палате возбудился, приподнялись со своих мест.
Театрально улыбнувшись, добавила громче, чтобы все расслышали:
— И вообще, больше мне предложений руки и сердца не делай. Ни стоя, ни лежа, ни на коленках. Не люблю я тебя.
Отпустила палец доктора и ладонью припечатала в лоб.
Медсестра выскочила из палаты и исчезла, а на пороге появился охранник. В этот раз разглядела сержантские погоны.
Народ в палате мгновенно потерял ко мне интерес и все дружно повернули головы в сторону служивого. Скучно им было без меня, ни интернета, ни зрелищ.
Мент тоже возбудился и, глядя на лежащего чувака в белом халате, заорал: