Зайдя в подъезд, я зябко поежился.
— Непогода? — расплывшись в улыбке, поинтересовалась у меня консьерж.
Обмотанная теплым шарфом, старая кикимора напоминала черепаху Тортиллу — такая же сгорбленная, морщинистая, в смешном старомодном чепце.
— Думаете, это дождь? — удивился я.
— Дождь, кости — какая разница, — пропыхтела она.
— И вы считаете это нормальным?
— Я считаю это неизбежным.
— В каком смысле?
— Мир меняется, и эти изменения произойдут, хотим мы этого или нет. Все остальное — это дело вкуса.
Она подошла к стене, на которой висели почтовые ящики, извлекла из одного связку ключей.
— Он просил передать вам!
— Он?
— Да. Почтальон, что приносит плохие вести.
— Он здесь⁈ — всполошился я.
— Кто?
— Почтальон.
— Типун тебе на язык, — замахала руками кикимора. — Был один раз, и достаточно!
Я кивнул и уточнил:
— Что-то еще?
— Пятый этаж, квартира 313. Последняя по правую руку. Не заблудитесь.
Я поблагодарил кикимору. И, не удержавшись, спросил:
— А вы не боитесь, что наш мир будет принадлежать им?
— Я много чего боюсь, — устало ответила старуха, — но разве это что-то меняет?
Ключ
Глава 13. Ключ
Профессор поджидал своего друга возле почтового отделения. Он взволнованно топтался на месте, прижимая к груди старый кожаный портфель, словно внутри находилась одна из сокровенных тайн мироздания. Нияз подошел и, зевнув, устало поздоровался. Вчерашний день напоминал призрачный туман: длинные, бессмысленные разговоры плавали где-то в дымке непонятными обрывками отдельных фраз.
Виктор Леонардович пожал руку почтальона и указал взглядом на укрытый кленами темный сквер. Ладонь профессора оказалась влажной, по всей видимости, тот сильно нервничал — Нияз учтиво поинтересовался:
— У вас что-то случилось?
— Они знают, что я проболтался. У нас огромные проблемы!
— Кто они? — не понял почтальон. «И почему это у нас?» Но второй вопрос Нияз задавать не стал.
— Нечисть!
— Да вы что такое говорите, — всполошился Нияз. — Москва закрыта для потусторонних. В газетах пишут, что строительство первого Кордона еще не утверждено. На последнем собрании комитета четко определили, что вначале хотят создать порталы в союзных республиках…
— Да плевать на то, что пишут в газетах! — рявкнул профессор. — Пойдем, я кое-что покажу.
Они вышли на аллею, к скамейке, которая, словно придорожный камень, таилась под тенью векового дуба.
Виктор Леонардович присел, немного помедлил, затравленно оглянувшись по сторонам, а потом все-таки щелкнул медными замками портфеля.
— Под утро в наш двор заезжал Черный воронок, — продолжил жаловаться профессор. — Уж не знаю, как они узнали. Но теперь мне терять нечего. Либо эти меня выкрадут, либо другие, какая разница.