— Иди сюда, — я поднял ее, подхватывая под руки и усадил на стол. — Хочу тебя здесь, сучка. Посмотрим, как КМС раздвигают ноги.
Мои слова ей явно не понравились — скривилась. Я стянул с нее трусики и сразу вонзил два пальца в лоно. Я угадал — оно уже взмокло. Основательно так взмокло.
От игры моих пальцев Ирина закусила губу и зажмурилась, но не проронила ни звука. Только мышцы подергивались на ее животе, когда я погружался глубже. Хороша, сучка. На редкость хороша! И от того, что она сдерживалась, довести ее до оргазма захотелось с еще большей силой. Подразнив нежную вагину, поласкав немного клитор, я раздвинул ноги гимнастки пошире — реально получился шпагат. Затем направил окаменевший от нетерпения член в ее пещерку. Засадил сразу глубоко. Вот тут она не сдержалась, вскрикнула судорожно выгибаясь, сжимая стол так, что столешница едва не раскрошилась в ее пальцах.
— Нравится, детка, — я притянул ее к себе и двинулся в мокрой пещерке, вытаскивая наполовину… И погружаюсь с приятным, страстным ударом.
Моя левая рука сжала ее грудь, пальцы помучили твердый как камешек сосок. Ирина все чаще подавалась мне навстречу, держа ноги шпагатом и насаживаясь на член. Прекрасное тело гимнастки подрагивало от волны нарастающего удовольствия.
Мокрым от ее соков пальцем я провел по ее подбородку, потом по приоткрытым губам. Она лизнула его, с желанием взяла в рот. Я подхватил ее под ягодицы, чувствуя близкий огненный финал. Двинулся в ней резко и часто, буравя мокрую дырочку на всю глубину. Ирина выгнулась и закричала. Ее затрясло от оргазма. Жутко затрясло, так что стол заходил ходуном. Мне очень хотелось кончить ей в рот, но я был уже на грани и поменять позицию не успел бы. Я со страстью прижал Ирину к себе, грубо сдавил ее ягодицы. Еще несколько решительных ударов, от которых она вскрикивала и извивалась, и я превратился в вулкан Член задергался в ее пещерке, выстреливая потоками густого семени.
Боги, какое это удовольствие! Воистину небесное! Я ее не отпускал еще минуту, пока все семя не вытекло в ее сладкую киску. Мысль, что в нее, наверное, нельзя было кончать, мелькнула где-то на заднем плане. Будто в подтверждение Ирина прохрипела, вырываясь:
— Сволочь, нельзя в меня было!
— Надо было предупреждать, — ответил я, неохотно отпуская ее.
— Надеюсь обойдётся, — она на несколько мгновений замерла, загибая пальцы и считая дни.
— Там можешь помыться, — я указал на ширму, за которой имелся умывальник и добавил ей в след: — Быть шлюхой не так плохо. Ведь ты кончила. Тебя вон как колбасило на столе, чуть мебель не сломалась. Получила порцию кайфа, еще получишь за это деньги.