За спиной женщины в окне стоял высокий мужчина. Хищный, сильный, поджарый, с тонкими упрямыми губами, острыми глазами, в которых клубилось пламя, и игривой, почти плотоядной усмешкой.
Мужчина едва заметно нахмурил брови. Пламя в его глазах взревело. Он склонился ниже, так, что платиновые пряди закрыли лицо. Предплечье обжег поцелуй.
— Шан…
— Моя отважная, сильная, прекрасная жена. Моё маленькое сердце. Ты исполнила всё, что обещало пророчество. Но мне плевать на пророчества.
Ладони Шаннера обхватили моё лицо. Он заставил меня обернуться. Я задохнулась от взрывной смеси восхищения, нежности, страсти, восторга, одержимости, которые читались на лице моего принца.
Вот зрачок исчез, растворившись во тьме. Всколыхнулись огромные огненные крылья.
Там, внизу, на нас смотрел многоликий огромный город. Тарахтели механические повозки, поднимались в воздух дирижабли, носились магические вестники, вложенные в юрких стальных птичек. Красное солнце медленно заполняло собой горизонт. На улице было прохладно, но пахло весной.
Игриво подмигнули огни на сверкающих башенках храма. Ввысь устремлялась крылатая фигура с мечом в руке.
На сердце воцарялось умиротворение, смешанное с безумной щемящей радостью. Когда-то смотря в стрельчатые окна дворца я думала, что сделаю всё, чтобы сбежать из этого города как можно дальше. Теперь он стал моим. Как и мужчина рядом.
Шаннер Мъярг жадно коснулся моих губ поцелуем. Мы пили друг другу, врастали друг в друга ещё сильнее — если такой вообще возможно.
— Люблю тебя, небо моё, — не холодном лице сияли глаза, в которых вспыхивали и таяли огненные искры.
Его пальцы запутались в моих волосах, мягко щекоча кожу.
— Ты мой подарок от Сумеречного, Шаннер. Мой дар. Моя жизнь.
— Отныне и навеки, любовь моя…
— Пока восходит солнце над нашей землёй.
Над империей сиял новый рассвет.
Семь лет спустя
— Майгрин Шаннер Мъярг! Немедленно подойди ко мне и объясни, зачем тебе понадобился мой ремень! Ты думаешь это смешно — обнаружить посреди людного коридора, что с тебя спадают штаны, маленький негодник⁈
Рёв Кэссарда Сорлейна, лучшего защитника империи, был слышен издалека.
Где-то из кустов раздалось пакостное хихиканье. Правда, радовался нарушитель правил недолго. Моя рука не дрогнула. За ухо из зарослей квыжника — роскошного мясистого куста с толстыми золотистыми листьями, был извлечен пятилетний принц Майгрин.
Короткие серебристые волосы сына топорщились во все стороны, а в руке он сжимал тот самый злополучной ремень Кэса. И как только умудрился стащить со взрослого мага?