Потому продолжил зло:
— Она что, твоя невеста? Жена? Или ты от лица всех лейтенантов здесь праведник и ревнитель?
Офицер приподнял брови и стушевался немного. Видать, не ожидал такого отпора.
— Да пошёл ты, — огрызнулся Лепёхин, но тут же взял себя в руки. — Она мне нравится. И я не хочу, чтобы ты к ней лез. Ясно объясняю?
Я засмеялся. И смех мой прозвучал куда более уверенно, чем чувствовал себя на самом деле. Всё-таки ссориться с офицером как-то не хочется. Тем более штабным порученцем. Уж по прошлой жизни знаю, какие обычно при штабах опарыши ошиваются. Они не овсянку с тушёнкой поглощают, а мозги и нервы тех, до кого дотянуться могут. Постепенно в этом достигая вершин, получают звания и должности. Дальше начинают крепнуть, обрастая связями. Смотришь, и вот уже такой опарыш сидит на большой должности где-нибудь в штабе военного округа, вальяжный и жирный, разбогатевший на коррупции.
Но я решил пока не обострять конфликт, хотя руки так и чесались врезать этому хмырю. И ведь как он мог забыть, сколько нам вместе пришлось пережить, а? Вот же сволота.
— Что мне тогда делать, лейтенант? Бегать от неё, как от чумы? Ты ж не хозяин её сердца.
— Хозяин? Да я её с фронта увезу, ясно? Заберу к себе, буду оберегать от таких, как ты, — выпалил Лепёхин, и в голосе его зазвучала явная угроза. — Я приказы отдаю, а не просьбы высказываю, понятно?
Я почувствовал, как у меня внутри вскипает что-то тёмное и тяжёлое. В груди тесно стало от обиды и злости.
— А ты не перегибаешь палку, лейтенант? — сказал я тихо, но с нажимом. — Ты кто такой, чтобы мне указывать? Я не твой подчинённый.
Лепёхин шагнул ко мне ближе, его лицо стало мрачным.
— Не перегибаю, а говорю по делу. Если узнаю, что ты опять возле неё крутишься… — он сделал паузу, словно смаковал свои слова, — я тебя по стенке размажу. Дошло?
Я вскинул подбородок, посмотрел ему в глаза. Угроза его была реальной, и я понимал, что он в случае чего пойдёт до конца.
— Попробуй, — сказал я с лёгкой улыбкой. — Только сначала подумай, чем для тебя это кончится.
Лепёхин ухмыльнулся.
— Думаешь, я боюсь? Думаешь, ты мне страшен? Думаешь, что раз ты из СМЕРШ, так тебе и законы не писаны, а, старшина? — последнее слово он произнёс с презрением. — У тебя кто за спиной? А у меня — командование полка.
Я вздохнул. Понятно, что он силён своей властью, своими связями. При желании, вероятно, даже и до меня добраться сможет. Тем более что я и сам не знаю ещё толком, на кого тут опираться могу. Понятное дело, что на своего брата — шофёров да механиков. Но повыше бы заиметь покровителя не мешало. Вот чтобы такие больше не мешались под ногами, как этот Лепёхин, будь он неладен.